Бизнес и Культура

«А первое место – это первое место!»

Он был первым.
Первым челябинцем, заявившим о себе на весь мир.
Первым самым ярким и по-настоящему уникальным спортсменом,
которого знали все любители самбо и дзюдо и боялись соперники.
Геннадий Ившин. Человек-легенда, кумир 1970-х,
неподражаемый борец и слава
челябинского спорта.

Кто я – сказать трудно

У меня отец чистокровный удмурт, мать русская. Так что кто я – сказать трудно. К сожалению, родителей уже похоронил – оба были 1927 года рождения. Встретились они на ЧТЗ, где проработали всю жизнь.

Школьник-чемпион

Школьник-чемпион

Отец приехал сюда из Удмуртии, маму взял с ребенком, потом у них появились двое общих детей – я и мой брат. Мама была очень хозяйственная, тем ему и приглянулась, а на заводе работала прессовщицей. Отец был, можно сказать, крепышом, но спортом никогда не занимался. Он работал в кузнице, а там слабаки не работают.

Жили мы на втором участке, в бараках, потом – мне было лет пять – поселились в первом поселке, он назывался «самстрой» – это дом на четыре квартиры. Мы переехали туда в 1958-м, я там и сейчас живу. Правда, когда я стал чемпионом Европы, Харис Михайлович сказал: «Ну шо, Гена, надо жить отдельно от родителей». И он пробил квартиры на ТЭЦ – мне, Вите Бетанову и Толе Семенову. Но я отказался: слишком далеко было бы ездить в «Динамо». Мать очень переживала: «Как так? Мы всю жизнь квартиру зарабатывали, а тебе – такому молодому – дают жилье, а ты отказываешься». Я отвечал: «Да я еще молодой, впереди много побед, успею получить квартиру в другом районе». Так и случилось.


Мой старший – сводный – брат ходил в секцию греко-римской борьбы и мне, маленькому, показал прием через спину – «кочергу», я его усвоил, потом – а у нас напротив дома поляна была большая, где мы боролись – я всех сверстников перебарывал. Позднее у Хариса Михайловича я этот прием переиграл: со стойки через спину – подхват.

Главное – тренироваться!


К Юсупову в самбо я пришел в 1967 году. Народу было – море. Он набрал без малого 100 ребят, я был 98-м, и на мне набор закончился. Как-то услышал от друзей, что я был в любимых учениках у Юсупова. Не знаю… Просто мы – коренные динамовцы: и я, и Витя Мосейчук (он пришел раньше меня), и Боря Шунькин… Алик Никишин и Валера Кочергин к тому времени уже призерами были…

Цыплята со своей наседкой

Цыплята со своей наседкой


И Харис Михайлович нам постоянно говорил: «Тренируйтесь, тренируйтесь – и будут у вас и квартиры, и машины, и генералами станете. Главное – тренироваться. Режим, тренировки, учеба – и всё!» Вообще, он был требовательным. Двойку получишь или на тренировку опоздаешь – выгонит. Помню, я как-то еле-еле добрался – был такой жуткий мороз, что даже провода на троллейбусных линиях лопались, и я опоздал. Потом, помню, Харис Михайлович увидел меня на тренировке: «Я ж тебя выгнал…» Но я опять и опять возвращался. Без самбо я уже не мог.

Тренировки были интересными, разные новые приемы подсмотришь, свои комбинации придумываешь, в мыслях проигрываешь – как соперника обыграть… А до самбо я год занимался акробатикой, был очень подвижным. Мне легко давались кувырки, подъемы, разгибы, сгибы, фляки… Харис Михайлович меня даже в пример ставил. Так и занимался параллельно акробатикой и самбо, потому что энергия била через край, надо было ее куда-то девать.


А в 1968-м случилось так, что в один и тот же день было первенство города по самбо и соревнования по акробатике. Что делать? Пришлось признаться Харису Михайловичу. «Шо? А самбо? Тоже мне акробат, сальто-мальто будешь крутить?» – в общем, пришлось выбирать, и выбор – не в пользу акробатики, хотя там на меня надежды возлагали: мол, были способности…


Вот так я перешел окончательно в борьбу. Выиграл первенство города, в финале боролся с Сергеем Прониным – ох, и буйная схватка была! Пронин уже года два как занимался, а я только начинал. Судил Юсупов и присудил победу мне. Потом я выиграл область, зону Урала, Россию…

Путь к вершинам


В 1969-м я стал чемпионом Союза в 16 лет, а в 1970-м – чемпионом Европы. Это в Бордо было, в мой первый выезд за границу. Я там по юношам выступал, а Двойников и Шунькин – по юниорам. В финале с немцем боролся. Выход – через спину, подсечку через спину… Спина, спина, спина… Харис Михайлович: «Гена! Ты про ножку забыл… Покажи ему, где перед, где зад, с колен…» Благодаря ему и выиграл. А первое место – это первое место!

Гена Ившин

Гена Ившин


В 1971-м поехал сначала в Италию – в Неаполь – на первенство по юниорам, где занял второе место – уступил французу. Там еще Хапез Искаков был, занял третье место по юношам. Потом я выступил на первенстве СССР среди взрослых – минуя юниоров. Стал вторым – после Герасимова, он чемпионом Союза был, сильный спортсмен, крутой! А за меня нашему зампреду «Динамо» Нациевскому даже звание очередное дали. Ох, как он доволен был! Мы ж, благодаря Харису Михайловичу, столько очков ему приносили!

В 1972-м, когда состоялась Олимпиада в Мюнхене, я уже учился в институте физкультуры. И от нашего вуза туда послали представителями меня и гимнастку Таню Ольхову. Я так понял: при выборе кандидатур учитывались результаты всех выступлений. Сначала хотели взять Валеру Федорова, Виктора Бетанова, Толю Семенова. Но, видимо, потом спорткомитет пересмотрел и всё переиграл: я к тому времени уже был чемпионом Европы, а Бетанов только чемпионом СССР. И меня послали на Олимпиаду как бы с прицелом на будущее – на Олимпиаду-1976.

См. также о Геннадии Ившине в материале
Фотогалерея «История южноуральского дзюдо»


Жили мы, конечно, не со спортсменами, а в подобии молодежного лагеря, где расположились немцы, японцы, французы… Интересно было! Каждый день концерты, дни какой-нибудь страны. Японцы в свой день показывали дзюдо, каратэ. А я за пару дней до этого с японцами кое-как – языка-то не знаю – договорился побороться. И мы на футбольном поле встретились – и с их стороны, и с нашей множество болельщиков. Мне дали кимоно, я вышел, два подворота сделал – и вазари, вазари! Противник: не понял?! Они оказались студентами, курсы какие-то там проходили. Я, конечно, признался, что чемпион Европы и России. У-у, говорят, профессионал! Да уж, я б у них там королем был.

Потом как-то тренируюсь, тренируюсь – идут двое крутых, увидели меня – о, каратэ. Я: «Каратэ ноу. Дзюдо, самбо!» Потом показал: давай! А поле футбольное длинное, он отступает, отступает… Я ему как впендюрю переднюю подножку – и на болевой… Там все одурели: надо же, каратиста отрубил!

Кубинские друзья

Кубинские друзья

В том же году сборная СССР провела в Челябинске первый товарищеский матч по дзюдо с кубинцами. В те годы это было сенсацией: во дворец спорта «Юность» приехали кубинцы! Мои друзья с ЧТЗ просили: пусти на матч. «Как пусти? Приходите – разберемся». Они приходят – все забито. Я подхожу к Юсупову: «Харис Михалыч, там у меня друзья пришли. А билетов нет вообще…» – «Сколько надо? Два, три, пять?» – «Много, Харис Михалыч, – сами посмотрите». А их там человек 40-50… Такой вот был ажиотаж!

В моем весе двое кубинцев – Эдито и Родригес. Первая схватка с Эдито: делаю подворот – вазари, подворот – вазари… Убрал его быстро. А вторая – с Родригесом. Мы с ним на тренировке встречались. И приемы друг у друга видели. Подсечка – и спина. Это я показывал. А другой прием ему не показал, где я вхожу через спину – и делаю подхват, он убирает – в это время я подворачиваюсь через спину, бросаю на вазари и еще на болевой – и все, выигрываю чисто.


В 1973 году мы с Бетановым стали чемпионами Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Берлине. В том же году на взрослом чемпионате Союза в Киеве я дошел до финала, где боролся с грузином Пицхелаури – он был призером чемпионатов мира, Европы, одним словом, «крутой из крутых». Я был явно сильнее его, но меня засуживают. Харис Михайлович возмущался, но крики-визги не помогли – я занял второе место.


1974 год – опять чемпионат Союза. Харис Михайлович: «Ну шо, Гена, выиграешь Союз?» – «Выиграю!» Я был в хорошей форме. Дохожу до финала – и снова встречаюсь с Пицхелаури. Харис Михалыч подошел к судейской коллегии: «Ну, опять вам Ившин доказал, что он сильный, и опять будете его засуживать, как в прошлом году? Учтите, я буду жаловаться в обком партии». – «Пускай борются. Кто сильнее – тот сильнее».


И вот выходим – а у меня как раз рука левая болела, я связки порвал, и Харис Михайлович говорит: надо продержаться. Я волю в кулак – и выиграл схватку! Все, я чемпион Советского Союза! Потом статья была в «Советском спорте»: «Победитель на руках побежденного», потому что Пицхелаури после схватки поднял меня на руки и вынес… Это было зрелищно! Президент Федерации дзюдо в интервью сказал: «Такие, как Ившин и Пицхелаури, могут на равных бороться с японцами и даже выигрывать».

О несправедливости как злом роке


А что касается Олимпиады 1976 года… Неудачи начались еще в 1974-м. После Союза я должен был ехать на Европу, в Англию. Но берут туда… не меня, а Пицхелаури и Мельниченко (хотя он третий после нас). Так повелось – грузины и украинцы всё прихватили! В то дело вмешался первый секретарь ЦК Компартии Грузии Эдуард Шеварднадзе, так что без комментариев. А Харис Михайлович обращался к нашему земляку Е.М. Тяжельникову, он тогда работал в ЦК ВЛКСМ и честно признался: «Что я могу сделать? Я рангом ниже».

1975 год – меня берут на мир. И Бетанов тоже туда поехал. Первая схватка была с соперником из Южной Кореи, я его обыграл, хотя у меня тогда сильно болела травмированная нога. Вторая схватка – с чемпионом Европы, я его тоже обыграл броском на иппон. Но ногу надорвал еще сильнее. Третья схватка – с французом – за выход в полуфинал. Судьи – из ФРГ, Польши и Китая. Я атакую, атакую, атакую, зал скандирует, а француз просто ходит и ходит – не борется! К судьям обращаюсь – никакой реакции. Я захват беру, он не реагирует, зал ревет… Потом француз делает переднюю подножку, я падаю – кока. Думаю: как его обмануть? Ставлю контуженную ногу, он делает подсечку, я переигрываю – он взлетает, падает со стойки на бок и чуть-чуть на живот. Железно – юко. Поляк-рефери – юко, а немец и китаец – кока. Посовещались – кока!

Я опять включаю десятую скорость, опять таскаю его по татами, он опять не борется, зал возмущен: надо делать ему предупреждение! Судьи снова совещаются, опять ничего. Поляк явно за меня – но бесполезно. Схватка заканчивается – и что? «Хантей» – «по мнению судей». Поляк присуждает победу мне, «эфэргэшник» – французу. И все зависело от китайца… А с Китаем у нас тогда были напряженные отношения из-за Даманского полуострова. В общем, я занимаю 7-8-е место, а Бетанов вошел в троечку.

Бетанов, Ившин и компания

Бетанов, Ившин и компания

И вот 1976 год, год Олимпийских игр. Начинаем с нуля. Февраль. Международный турнир в Тбилиси. Я – первый: всех положил, очков набрал… Это был турнир группы «А», турнир сильных. Потом едем с Бетановым по «Динамо» в Болгарию. Я – второй, Бетанов – третий. Затем турнир в Париже, я – третий. В Европе за команду, правда, проиграл: заступил и был за это наказан.

Потом решил подлечиться, поберечь руки-ноги. Поехал в Москву – к знаменитой Зое Мироновой, там лечились многие: хоккеисты Харламов, Васильев, Петров, фигуристка Роднина… Я получил направление как член сборной Союза. Приезжаю – мест нет. «Как нет? Я член сборной страны!» – «Мест нет!»


Я вышел, сел в сквере, за голову схватился: ведь приехал за свои деньги… Тут смотрю: Зайцев, муж Родниной, через черный ход заходит. Думаю: а я чем хуже? Тоже через черный ход – и к Мироновой: «Если вы болеете за страну, а я член сборной, и у меня ноги болят…» И все в том же духе. «Снимай штаны», – говорит. В общем, приняли меня.


Олимпиада была в сентябре, а чемпионат Союза – в июле, я его пропускаю, чтобы ногу в порядок привести. Чемпионом СССР стал Олег Зурабиани. А перед Олимпиадой были прикидки: Зурабиани – Ившин. Я у него выигрываю: бросил через спину, сделал вазари, там был иппон, но дали вазари. А судил нас его тренер – Бензина Мазиашвили. И вот объявляют сборную: Зурабиани – основной, запасной – Ившин. Елки-палки!


Что дальше? Приехали они в Монреаль – и Зурабиани… проиграл первую же схватку! Зато в финал вышли все, кого я в свое время побеждал! Потом Эктор Родригес на вопрос, как он стал олимпийским чемпионом, в интервью «Советскому спорту» сказал, что боялся только двух дзюдоистов – один из них японец, второй – русский, Геннадий Ившин: «Я боялся его скорости, его выносливости, и почему в сборной СССР его нет – мне непонятно», он еще как-то хвалил меня, но это уже не важно. Видимо, судьба от меня отвернулась, вот и всё…

Годы студенчества


В институте мы учились 6 лет. Со мной в одной группе, кстати, был Александр Миллер – я потом приходил набарывать его ребят, помню самого яркого спортсмена Васю Киселева. А еще мы в одно время учились с Гришей Веричевым, его Харис Михайлович в Кунгуре приметил.

Люди бьются за металл

Люди бьются за металл

Столько медалей, сколько Гриша завоевал, ни у кого не было. Его можно назвать преемником Бетанова. А моим преемником был Серега Лебедев. Хороший борец. Если б не трагедия, которая случилась с ним в Красноярске, он бы очень далеко пошел. Витя Бетанов в одно время со мной учился, мы с ним в сборной вместе были лет 7-8, жили вместе, постоянно и везде оказывались рядом. Мы с ним два короля были.

Ректор ЧГИФКа, Юрий Викторович Катуков, создал нам все условия – стипендию мы получали, в поездках нас не ограничивали… Как член сборной СССР (вторая категория по взрослым) я получал 250 руб. в месяц от Москвы (первая категория – Двойников, Невзоров – получали по 300), 105 руб. – с работы (я числился на работе в тюрьме) и талоны на 100 руб., плюс 40 руб. – стипендия. Получалось почти 500 рублей, по тем временам очень большие деньги.


С Двойниковым, кстати, я не боролся – мы были в разных весах, но я его знал. Это был человек-машина, человек-домкрат, человек-легенда, очень сильный физически. Он на Олимпиаде второе место занял только потому, что его засудили. «Стариков», как мы их называли, помню и люблю: Николая Кондратенкова, Владимира Сидорова… Сидоров мне помогал, да мне вообще все помогали. Время было такое – каждый, и я в том числе, выживал как мог.

Почти защитник Родины


Потом по окончании института – мы как раз выиграли очередное первенство: Бетанов первый, я второй – нас призывают в армию. Нациевский от нас отказался: они, мол, уже старики, ничего не покажут. Нас взял было под контроль Хапез Искаков, но от армии отбить не смог, нас забрали. Автоматически попадаем в СКА, и там нам объясняют: в троечку на Союзе войдете – будете жить дома, не войдете – будете маршировать в Свердловске. Мы с Бетаном задумались: да, надо входить в тройку. И дома жить будем, и формулу «солдат спит – служба идет» еще никто не отменял!

А у меня тогда рука болела, нога болела, плюс лишний вес. Это было почти через год после Олимпиады 1976 года, и настроя уже особого не было… А тогда можно было служить в Венгрии, Германии, в Польше. Я в Польшу и попросился – служил там прапорщиком пять лет, в Легнице, семью туда перевез. Выступал за ЦСКА, боролся на армейских турнирах, каждый месяц уезжал в Союз на соревнования.

Жизнь после спорта


Уходить из спорта было тяжело. Очень. Самое обидное – то, что было ведь яркое время взлета, а вот когда произошло падение – становишься как бы никому не нужным. Я испытал это на себе, когда лежал в больнице с травмой шейных позвонков, никто ко мне даже не подходил…

Но вообще, мне грех жаловаться – очень помогли друзья и по месту жительства, и спортсмены… Дмитрий Худяков, Юрий Антипов, Сергей Коростелев, Дмитрий Черных, Афонин, Миллер, а особенно Юрий Борисович Федоров – он мне всю жизнь помогает… Что б я делал без друзей!

Три чемпиона

Три чемпиона

Тридцать лет спустя

Тридцать лет спустя

Очень хорошо, что я вуз все-таки окончил. Это Харис Михайлович мне как-то сказал: «Гена, ты не вечен. Хотя такие, как ты, раз в сто лет рождаются, но будет замена, придут другие люди. Прежде всего – окончи институт. Все равно тебе нужен багаж – по любому».

Хорошо, что во главе динамовского дзюдо после Юсупова встал Миллер, он настоящий, достойный его последователь. Ни я, ни Бетанов, ни Веричев не смогли бы продолжить дело Юсупова – мы могли только бороться, а у Евгеньича – блестящие организаторские способности. Не будь его – не было бы у нас в Челябинске ничего: ни ЦОПа, ни чемпионатов Европы, мира. И побед не было бы.

Строгий судья

Строгий судья

С Анатолием Семеновым

С Анатолием Семеновым

Конечно, у меня были еще какие-то выступления, например, на турнире 1996 года по дзюдо памяти Хариса Михайловича, – я тогда второе место занял среди молодых и выполнил норматив мастера спорта России по дзюдо, а в 2000 и 2002 годах выступал среди ветеранов – занял третье место на турнире имени Бетанова. Скорость, темперамент – вот мои козыри. Хотя сейчас вспоминаешь – тут сделал бы не так, там – иначе… Только время вспять не повернешь. Очень жаль…

 

Текст: записала Татьяна Логачева
Фото: из личного архива Геннадия Ившина

 
 
 

Понравился материал?
Помоги сайту!
Яндекс-кошелек  
Яндекс-кошелек: 41001701513390
WebMoney  
WebMoney: R182350152197
Читайте нас в Telegram


Присоединяйтесь к нам!

f
tw
you
i
g
v