Бизнес и Культура

Блог Вероники Рашевских :: Автор чувства

Гришковец

Почему мы верим в актерскую игру и позволяем эмоциям проникнуть в наше сознание? Станиславский в «Работе актера над собой» говорил, что для достоверности артист должен обратиться к собственному опыту. Это как подобрать «эмоцию-ключ» к сценическому образу. Удивительно, что один «ключ» подходит как к актеру, так и к многообразию зрительских «эмоциональных замков». Мы начинаем пропитываться искренностью со сцены. Возможно, театр – особая форма коллективной медитации. Время созерцания внешнего (декораций и персонажей) и внутреннего (самого себя) через открытые двери прошедших переживаний.

Маленькое круглое окошечко советского бинокля, который любезно предложила гардеробщица за смешную сумму, показывает Евгения Гришковца. С песком и ковром поверх него. В скафандре и валенках. Смеющегося и лирично-задумчивого. Такого родного и близкого… «Браво!» поднимается из груди приглушенный, словно укрытый махровым пледом, голос. Спасибо – шепотом вторю.

Впервые увидела Гришковца вживую, когда он привез в Челябинск моноспектакль «+1». И я снова непроизвольно запомнила фрагменты нового монолога.

autor-grish-2

Безмерно люблю этого мужчину лет с одиннадцати. Тогда спектакль «Как я съел собаку» был пересмотрен и вызубрен, бабушке цитировался неоднократно. Особенно монолог про школу и зиму, и утро, столь недружелюбное. Все было в точности так: и советский шкаф (тот самый, лакированный, в нем еще отражалась лампочка, а царапины и следы от пальцев можно было пересчитать), и нежелание выходить на заснеженную магаданскую улицу. И много-много всего «точно так»! Хотя «Как я съел собаку» – это история о службе на флоте, про матерящихся моряков и страхах юного призывника. Но чувствовалось: он был «про меня».

Эпизод из спектакля 'Как я съел собаку'

Эпизод из спектакля «Как я съел собаку»

Потом – новые видео спектаклей и новые «зубрежки». Монолог из «Планеты» (конечно же, о любви…) был выбран прозой на пробы в любительский театр. Неудачные. Но эти слова до сих пор в сознании и где-то фоном звучат, отбивая ритм сбитого дыхания. «Вот это чувство называется таким словом, которое на родном языке произносить крайне сложно. На чужом, иностранном языке, сколько угодно безответственно его можно говорить. А скажешь на родном языке, тут же об него споткнешься и, как бы извиняясь, откашляешься «…» Это слово – любовь». И интонация немного сумбурная, рваная, осторожная.

С Гришковцом – нечто большее, чем любовь к творчеству. Он – автор не нового слова, но автор чувства. Его тексты просты и предложения строятся незатейливо, по наитию. Однако, это рождает глубокое понимание и безусловные, чистые эмоции. Тексты, которые он создаёт, искренни, нежны, серьёзны, смешливы, трагичны, словом – они разные. Но всегда узнаваемые. На этих строках отчетливо очерчено чувство, переходящее из произведения в произведение – будоражащее чувство близости. Возможно, так выражается правильность подобранного «ключа» и, как следствие, наша вера в актера.

Текст: Вероника Рашевских
Фото: Вероника Рашевских, kudago.com

Читайте также архивы спецпроектов:
Проект «Золотые перья»
Проект «Музыка»
Проект «Кино»

Понравился материал?
Помоги проекту «Бизнес и культура»!
Поддерживая сайт, вы помогаете нам оставаться независимыми.

Читайте нас в Telegram


Присоединяйтесь к нам в Telegram