Бизнес и Культура

Большой переполох и большая вода

big-perepoloh-4
В городе N-ске случился большой переполох. Посадили мэра, того, что городом правил долго, а все никак добраться до него не могли. Не то, чтобы новость совсем шокировала жителей славного городка, но удивлены они были изрядно. Долго шел процесс, и уж никто, даже сторожевой пес на заднем дворе администрации, не верил, что получит чиновник под звучным именованием «фигурант» реальный срок. Но всем, включая дворнягу, пришлось поверить, когда надев наручники, и вырвав из рук плачущей родни, понурого градоначальника вывели через задний ход.

Он, конечно, был странным малым. Имея все шансы, чтобы остаться в памяти народной хорошими делами, он как будто решил сделать все, чтобы настроить всех против себя. Последовательно рассорившись со всеми в городе, он окружил себя и подчиненных мифом о вражеской среде, которая того и норовит, что сожрать и проглотить, добраться и покарать. Люди работали в постоянном страхе. А карать, как оказалось, было за что.

В тоже время он жил в образе, который придумал себе сам, забыв, впрочем, спросить кого-то со стороны, подходит ли он ему или нет. Мэр считал себя человеком простым, любил это всячески подчеркивать. Костюмы носил отечественные о пяти пуговицах, галстуки любил широкие и аляповатые. Ну и любимые всеми чиновниками туфли-лодочки бежевого цвета в дырочку не забывал. На работу ездил на старенькой классике, а потертый дипломат с бумагами его посетители всегда лицезрели в углу кабинета.
M3321M-0036
До поры до времени в созданный образ многие верили. Сгубило его веяние времени – интернет. Один из местных оппозиционеров, освоив социальные сети, наткнулся однажды на странички сыновей мэра, отбывших на обучение в стольный град Москву. Его удивлению не было предела: с фотографий на него смотрело знакомое лицо градоначальника.

Но это был совершенно другой человек, чье чело ни секунды не было отягощено печатью дум о судьбах города и его жителей. Напротив, радость и сияние излучали его глаза, одет на фотографиях он был в стильные поло и цветастые гавайские рубахи. Белая шестерка уступила место породистому баварскому красавцу, а унылые городские пейзажи – красивым фотографиям теплых стран, где чиновник смело позировал вместе с мулатками. Назавтра фотографии уже ходили по городу, а образ скромного зашуганного чиновника был развенчан. А потом и дело появилось, оказалось, что украл что-то. Хотя знали все, что украл он гораздо больше.

Новость о посадке распространилась быстро и вызвала резонанс. Из здания суда с ура-патриотическими криками, вполне в традициях черносотенцев, выскочила толпа участников местного народного движения «День радости». Этот самый день радости для них наступил, и теперь неслись они, не ведая преград, к ближайшей пивной, а встречный народ прятался в подворотнях, чтобы не попасть в жернова праздника.

К вечеру город опустел. Это было страшно и странно, ведь погода стояла самая что ни на есть летняя, а с озера дул легкий свежий ветер, который особенно романтичные горожане вполне могли бы принять за ветер перемен. Но таковых в N-ске не было. По улицам бегали лишь дикие собаки в поисках корма. Окна невысоких домов светились электрическим светом, но признаков жизни тоже не подавали. Случайный приезжий мог подумать, что в этом город никто не живет.

На самом деле город жил, но жил он своей, малопонятной для внешнего мира, но вполне органичной для самого себя жизнью. В интернете, на местных форумах, спрятавшись за анонимными псевдонимами, горожане поливали грязью себя, соседей, власть, и конечно, посаженного мэра.

Делали они это с неистовой злобой, ненавидя все вокруг. Им казалось, что в день этот получили они окончательный и решающий знак свыше относительно того, кто же был виноват во всех их бедах. Виноват был градоначальник. Именно из-за него рушились дома, на дачах случался вечный неурожай, мужья пили, а жены изменяли с соседями. Именно из-за него, дьявола, дети мочились по ночам, а над городом вне зависимости от времени года висела большая черная туча. Люди писали и писали на своих форумах, стуча липкими пальцами по клавиатурам, не желая слышать ничего вокруг, избавляясь своим монотонным стуком от ужаса окружающей действительности.

К ночи окна погасли. Дописав последние злобные сообщения, удовлетворившись выпущенной на свободу злобой, перечитав получившееся, люди засыпали. Только в одной пивной до утра горел свет, где хмельные члены распушенного за ненадобностью сообщества «День радости» пили водку, отмечая посадку мэра-врага.

В синем пламене пыл радости превратился в пыл злобы. В порыве своей неконтролируемой, ныне ничем не сдерживаемой жажды крушить, предлагали они посадить всех чиновников. Всех прошлых, всех нынешних, и даже всех будущих, ибо каждый пересекший порог дома власти, навсегда был отмечен печатью зверя. Они говорили и говорили, с каждой бутылкой все больше приходя в ужас сделанного ими самими пророчества. Близки они были к тому, чтобы взяв палки и бутылки, идти на штурм дома власти, но, не рассчитав силы, уснули вповалку на старых скамьях.
big-perepoloh-1
Все они не понимали самого главного. Мэр их был одним из них. Таким же, как и они. И каждое его плохое качество было лишь возведенным в абсолют их качеством. Он был символом всего плохого, и когда такой символ есть – на него можно валить все беды и проблемы. А когда такой символ исчезает, в их микросистеме нарушается баланс.

Когда настал первый рассветный час, туча над городом пришла в движение. Раздался гром невиданной силы, от которого проснулись все. Проснулись пьяницы в баре, проснулся мэр в своей маленькой камере. Даже собака в конуре у администрации, и та проснулась. Ударила молния, и хлынул дождь, с невиданной силой. Вода пребывала и пребывала. Вода была всюду.

И не было ей преград в этом городе.
 

Сергей Зюсь

 
 
 

Понравился материал?
Помоги сайту!
Яндекс-кошелек  
Яндекс-кошелек: 41001701513390
WebMoney  
WebMoney: R182350152197
Читайте нас в Telegram


Присоединяйтесь к нам в Telegram

f
tw
you
i
g
v