Бизнес и Культура

Дзюдо как путевка в жизнь

shumkov-1

бк представляет одного из первых воспитанников знаменитого тренера Александра Миллера –
мастера спорта СССР по дзюдо Сергея Шумкова.

Его внятный, спокойный рассказ позволяет в первом приближении понять основы миллеровской школы дзюдо, оказавшейся самой долговечной не только на Южном Урале,
но и вообще в нашем Отечестве.


В будущем, 2015 году, исполнится ровно сорок лет с тех пор, как Александр Евгеньевич после окончания института физкультуры пришел работать в профтехучилище № 101…
А в судьбе героя публикации это обстоятельство оказалось знаковым, если не решающим…

shumkov-otbivka

Родители мои из Курганской области, оба 1935 года рождения, отец – мужчина довольно крепкий, но без спортивных наклонностей (да и некогда ему было заниматься спортом) – работал в Потанино электриком, мама трудилась на путях на железнодорожном полустанке… Как-то они встретились, поженились, переехали в поселок Локомотивный в пригороде Челябинска, и в 1963-м родился я. Мои деды до меня не дожили: по отцовской линии – погиб в Великую Отечественную, по материнской – репрессирован. Бабушки прожили довольно долго, а мать моего отца вообще можно назвать долгожительницей.

В детские годы я был членом сборной команды школы практически по всем видам спорта: волейбол, баскетбол, подтягивание, легкая атлетика, лыжи… В поселке Локомотивный царил один закон: кто сильный, тот и прав. У меня не было старших братьев, я был единственным ребенком в семье, защищать меня было некому, приходилось рассчитывать только на себя. Поселковая атмосфера была «околокриминальная»… Многих моих ровесников уже нет в живых… Возможно, и я был бы в их числе, если б не ушел в спорт.
shumkov-2
В 1978 году после окончания поселковой восьмилетки я поступил в 101-е профтехучилище и сразу пришел в секцию дзюдо к Александру Евгеньевичу Миллеру, который тремя годами раньше на ровном месте начал создавать свою школу борьбы. А опорой ему в этом начинании был заместитель председателя областного совета ВДСО «Трудовые резервы» Адольф Николаевич Лобанов. Со временем он и для меня стал дорогим человеком. Борцовская группа в училище была разновозрастная, кто-то занимался все три года, кто-то – два, но я не почувствовал себя там чужим. Зал небольшой, аккуратный, уютный, правда, вместо татами там был ковер. Тренировки проводились каждый день, и хотя это было не обязательно, но я именно каждый день на них и ходил. Для учащихся они начинались в 17.00 и заканчивались очень поздно. Миллер покидал зал с последним воспитанником…

Тренировки проходили вполне традиционно – стандартная борцовская разминка (конечно, не такая, как у А.В. Брюханова), а затем каждый отрабатывал свой план, составленный тренером. У старших был один алгоритм, у новичков, понятно, другой. И объем работы соответствующий. Все положенные упражнения и технические действия объяснялись просто, понятно, доступно: страховка, первые самые простые приемы, затем более сложные броски…

Миллер внимательно контролировал тренировочный процесс и четко знал: кому и что на данном этапе надо, кому увеличить нагрузку, кому, напротив, дать передышку. С одной стороны, не было какого-то избыточного напряга, с другой – никакой вольницы, всё было четко регламентировано. Я, как и все новички, втягивался потихоньку. Набарывание шло постепенно: сначала – на своем уровне, с первогодками, потом с ребятами постарше, а дальше уже подбирался к нашим лидерам. И всё шло последовательно, ступенчато, без напряга и надрыва. И вообще атмосфера в зале была в буквальном смысле слова здоровая. Тренировались в охотку и столько, сколько, грубо говоря, влезет. Со стороны тренера в принципе не было никакого давления на психику: мол, даешь победу и только победу…

Вообще, сколько себя помню, дзюдо мне так нравилось, что заниматься хотелось всегда. Правда, некоторые изредка признавались: мол, неохота на тренировку, я их плохо понимал и был уверен: стоит только войти в зал – и всякая там «неохота» уйдет. А лето мы обычно проводили на озере Увильды в лагере «Бригантина», принадлежащим системе профтехобразования. Миллер нам обеспечивал путевки, питание, и мы практически целое лето занимались на природе, иногда удавалось пробыть в лагере все три смены.

shumkov-otbivka

В соревнованиях я начал участвовать с первого года занятий. Первый мой турнир по дзюдо – юношеское первенство Областного совета «Трудовые резервы». Это было испытание, но не в смысле конкуренции, нет. Просто чувствовал я себя не в своей тарелке: зрители – однокурсники, все смотрят только на тебя (такое было ощущение!), ты смущаешься… Наверное, подобные чувства испытывает артист, впервые оказавшийся на сцене. Но вот страха перед схваткой не было, потому что выступал я вместе с такими же неопытными дзюдоистами, каковым и сам являлся.

По характеру я никогда не был агрессивным, но, как мне кажется, у меня была воля, сильное желание бороться, умение терпеть, спортивная злость, азарт. А боролся я, прежде всего, со своей чрезмерной впечатлительностью, эмоциями, ну, иногда и с усталостью… И первое соревнование, конечно же, было просто обретением опыта: одну схватку выиграл, одну проиграл, никакого места не занял. Зато на следующий год (или чуть позже – точно не помню) был уже в тройке на ведомственном турнире. Но все равно первые пару лет всё это было для меня каким-то неосознанным, неосмысленным, без понимания и проникновения в суть спортивного соперничества.
shumkov-3
В 1979 году я выступил на первенстве Россовета «Трудовые резервы». Две схватки выиграл, третью проиграл, но то ли Александру Евгеньевичу понравился мой азарт, то ли еще по какой-то причине, но меня взяли на выездные – первые в моей жизни – соревнования в Орел. Нас, учеников Миллера, было человек десять: Володя Попов, Сергей Киселев – младший брат уже известного в ту пору Василия Киселева, Володя Недосекин… Я три схватки выиграл, одну проиграл и занял 5-6-е место. Однако Александр Евгеньевич опять меня похвалил: «Хорошо боролся! Наверное, поедешь на ЦС».

Вообще, мне с Миллером было очень комфортно: человек он более чем лояльный, никакого давления на психику, но зато всё у него было организовано по четкому, понятному алгоритму. Он мог пошутить с нами, посмеяться – и тут же создать рабочий настрой. Если кого-то надо было поставить на место – делал тактично, мягко, корректно. И это никогда не бросалось в глаза, не было ярко выражено. Никогда никого не ругал, не отчитывал. Отношения с ним были почти дружеские, но субординацию мы блюли – никакого намека на панибратство…

В 1980-м в Паневежисе, в Литве, на ЦС «Трудовые резервы» я стал третьим. Провел четыре схватки, а за выход в финал проиграл уже знаменитому в то время борцу А. Швае из города Краснокамска (Пермская обл.) в партере болевым приемом, шансов победить такого борца на тот момент у меня не было… Потом снова городские, областные соревнования. Стал понемногу подбираться к призовым местам. Но я никогда не гнался за значками, медалями, разрядами, я знал, что это будет, что рано или поздно буду выигрывать. Мне просто нравился мой образ жизни, нравилось дзюдо как единоборство. Возможно, со временем, если бы я не закончил выступать очень рано, это бы и пришло… то есть я загорелся бы стать суперзвездой, олимпийским героем, непобедимым чемпионом… Но не случилось. Жизнь моя устроилась сама по себе, по другим – скромным – лекалам.

shumkov-otbivka

На рубеже 1970-1980 годов конкуренция между мастерами дзюдо в городе и области была серьезная. Одновременно набирали ход несколько хороших школ борьбы. И для многих сильным манком стали «динамовские пятницы». Именно по пятницам мы рвались в зал «Динамо», который был открыт для борцов из всех городских и областных секций. Вот где была конкуренция! Вел эти «пятницы» сам Харис Мунасипович Юсупов, которого мы почитали примерно как бога! Но и очень сильные чувства пробуждались в нас, когда мы перед разминкой становились в один ряд с большими мастерами, живыми легендами, чемпионами страны, Европы и мира!

Порядок по пятницам был такой: после общего построения объявлялось, сколько будет схваток в стойке, сколько – в партере, все разбивались на группы: «тяжи», «средневесы», «легкие». Забивали себе соперников. В первую «пятницу», помню, был мандраж, но настрой со временем изменился: сначала «отстоять, не упасть», потом боролся почти на равных со своими спаррингами, а дальше и бросать начинал. Вот так постепенно приходила уверенность в своих силах, и пятница для меня становилась самым долгожданным днем недели. Это была замечательная школа борьбы! На группы старались делить разумно, предусматривались хотя бы пятиминутные передышки, старались развивать все необходимые атлетические качества: силу, скорость, выносливость. Руководили процессом Харис Юсупов, Юрий Попов, Александр Миллер, Михаил Елатомцев, Валерий Федоров, Игорь Тихонов… Достойнейшие тренеры!
shumkov-4
Думаю, что именно здесь – в «динамовских пятницах» – можно найти объяснение незаурядным успехам южноуральской школы дзюдо. То был мудрый стратегический ход тренерского корпуса – создать системную конкурентную площадку для наблюдения и отбора наиболее перспективных борцов. А для нас – перспективных учеников и действующих мастеров – это была такая вполне конкретная точка отсчета для постоянного анализа уровня своего мастерства, формулирования текущих конкретных задач и перспективных планов. Как правило, мы по-доброму «обменивались» техникой, советовались друг с другом, что-то спрашивали у разных тренеров – и получали нужные ответы. Особенно было важно, когда, подсмотрев что-то у кого-то, сам не можешь поймать «изюминку», например, как лучше захват сделать или приемчик какой-то – а тебе помогут, подскажут, покажут… Такой вот был настрой – самый доброжелательный.

Юсуповская харизма была очевидной, победительной! Любые его слова были не просто своевременны и доходчивы: казалось, он говорил именно то, что ты в этот миг хотел услышать. К нему в «Динамо» мы приходили, как к себе домой. И чем больше углублялись в эту атмосферу, тем яснее и понятнее становилась суть спортивного соперничества.Новичков, подающих надежды, он мог быстро оценить и увидеть их перспективу. И это при том, что Юсупов лично практически не тренировал кого-либо – он просто руководил общим процессом и регламентом.

shumkov-otbivka

В ту пору в большинстве профтехучилищ культивировалось самбо и дзюдо, так что соперников даже в ВДСО «Трудовые резервы» было достаточно, а тем более в городе и области, да еще с участием спортсменов «Динамо», ЦСКА, профсоюзов и закрытых городов немудрено было собрать полные залы любителей борьбы. Как правило, турниры проводились одновременно на двух коврах. Миллер грамотно выстроил тренировочный процесс: на занятия он привлекал лучших спортсменов, которые показывали свою технику в стойке или в партере: Владимира Тимофеева, Вячеслава Попова, Геннадия Ившина, Валерия Федорова, Сергея Пронина и многих других. Это сильно помогало в подготовке, каждый из них показывал свои сильные стороны, а мы брали все на вооружение. Однажды Вячеслав Попов принес нам на тренировку кувалду – чтобы показать, как правильно делать подсечки, это было наглядно, доходчиво и понятно.
shumkov-5
За свою недолгую спортивную карьеру я никогда не был очень сильным, но у меня была вполне приличная техника. Борьба – такой вид спорта, в котором нельзя всех загнать под одно клише: каждый борец – всегда индивидуальность. И по технике сразу видно, к чему ты больше расположен – например, к корпусным броскам. Или ты очень гибкий, пластичный, скоростной, техничный…

В период подготовки к первенству СССР мы с Мингазовым тренировались вдвоем, потому что не было спаррингов, он боролся в весе 71 кг, а я – в 65. Салават очень технично боролся и в стойке, и в партере, многие его соперники в весовой категории хорошо прочувствовали на себе его удушающие приемы. Мы постоянно боролись с ним на тренировках, что дало мне большой запас прочности для защиты в партере.

У нас в училище никто не «звездил» (разве что Вася Киселев иногда), к результатам и достижениям товарищей все относились с уважением: и Салават Мингазов, и Володя Попов, и Сергей Киселев, и Володя Недосекин, и Леша Пономарев – мастер спорта, призер Союза по молодежи, и Юра Галкин – тоже мастер спорта…

Первые мои сравнительно успешные соревнования по взрослым – Облсовет, Россовет «Трудовые резервы». А мастером спорта я стал в девятнадцать лет после победы на турнире имени Рихарда Зорге, который проходил в Челябинске в 1982 году. Это был один из десяти самых сильных турниров СССР, где можно было выполнить норматив мастера, поэтому на него съезжалось много спортивного народа – в весовых категориях было человек по 50-60. Тогда, в 1982-м, я выиграл все пять схваток и поднялся на пьедестал, как и – в своих весах – Вася Киселев, Сергей Завьялов из Магнитогорска, Сергей Пронин…

Затем в 1983 году я выиграл областные соревнования, поехал на Россию, потом – на Союз. Оба первенства проводились в Красноярске, и на обоих я стал третьим. Мы, кстати, ездили вместе с Мингазовым – нас планово готовили, он тоже стал третьим в своем весе. 1982 год я считаю пиковым в достижении результатов «Трудовых резервов», когда было подготовлено много спортсменов (почти во всех весовых категориях) и мы выиграли взрослый чемпионат города у команды «Динамо», победив в четырех категориях: Леша Пономарев выиграл в финале у самого Григория Веричева, в весе 95 кг победил наш Юра Галкин, в 71 кг– Саша Андреев, и я – в 65 кг. Харис Михайлович этого не ожидал.

Сейчас, задним умом, я понимаю, что по возвращении из Красноярска мне надо было как-то разгрузиться, отдохнуть, а я практически сразу – через неделю – вышел на ковер. И получил серьезную травму колена – разрыв связок. Выпал из-за травмы месяца на три-четыре, правда, все обошлось без операции, консервативным лечением. Без привычных нагрузок я уже не мог, поэтому едва сняли лангетку – начал тренироваться дома: приседания, гири и комплекс восстановительных упражнений – закачивал ногу.

И на следующий год выиграл ЦС. А потом опять поехал в Красноярск на чемпионат СССР. И опять по иронии судьбы борюсь в том же зале, на том же ковре, но… проигрываю «по мнению судей». Обидно было страшно! Убежден, что судейство было превратным, неадекватным, необъективным. Меня и Миллер успокоил: «Ты боролся даже лучше, чем в прошлом году». Мне было приятно это слышать, хотя и стал пятым.

shumkov-otbivka

А через некоторое время – снова травма и снова колено. Теперь уже другое. От операции снова отказался… Но вернуться в борьбу уже не смог. Ощущения трагедии – оттого, что рано закончил бороться, – не было. Единственное, чего жаль, – «невоплощенной мечты»: я только-только подошел к моменту глубокого «понимания» борьбы, но физические кондиции уже не позволяли бороться.
shumkov-6
За недолгую спортивную жизнь мне удалось выиграть чемпионат России «Трудовые резервы» по взрослым, стать неоднократным призером и чемпионом ЦС «Трудовые резервы», третьим на ЦС «Буревестник», вторым на командном РОС «Динамо», первым на Спартакиаде молодежи УрФО и 5-7 раз подтвердить звание мастера спорта СССР по борьбе дзюдо.После окончания института физкультуры в 1985-м я отработал по распределению инструктором в «Трудовых резервах», начальником спортивного отдела, затем директором в школе олимпийского резерва по дзюдо. Завершил свою «спортивную деятельность» директором Центра олимпийской подготовки по дзюдо.

Я остался, чтобы сохранить созданное Миллером, чтобы наши ребята не оказались брошенными, закрепились в сборной Россовета и ЦС «Трудовые резервы», продолжали выступать… Возил их на соревнования, варился в том же котле, но уже в шкуре наставника. Сам Александр Евгеньевич в «Трудовые резервы» уже не вернулся. Ушли в «Динамо» и Салават Мингазов, и Леня Бедарев… так было заведено: выпускников нашего училища, как правило, уже поджидали либо в «Динамо», либо в ЦСКА…

А потом навалились тяжелые девяностые годы. В «Трудовых резервах» обрезали все спортивные бюджеты, да и сами «резервы» стали дышать на ладан. И я ушел в самостоятельное плавание по волнам российского предпринимательства…

 

Текст записала Татьяна Логачева

 
 
 

Понравился материал?
Помоги сайту!
Яндекс-кошелек  
Яндекс-кошелек: 41001701513390
WebMoney  
WebMoney: R182350152197
Читайте нас в Telegram


Присоединяйтесь к нам!

f
tw
you
i
g
v