Бизнес и Культура

Industrial. Парадигма политеха

Имя Александра Подопригоры не нуждается в пояснениях и
определениях типа «политолог, публицист, журналист, блогер»…
Они только сужают, ограничивают этот феномен
условными рамками.

Для читателей бк ценность его текстов –
«Пакт Моисея» в бк1 и «Апокалипсис големов» в бк6 –
industrial-13заключается в способности автора генерировать новые смыслы
и выстраивать общий план
актуальных проблем современности,
общую картину происходящего здесь и сейчас…

kavychki-podoprigora

Сегодня – во время реальных геополитических катаклизмов – пора перестать болтать о чепухе и частностях. Надо определяться с главным. Кризис – лучшее время для самоопределения. Когда сильно «прижимает», приходится думать о сути угроз. У нас больше нет никакой возможности еще немного поспать. Признаем очевидное: главная проблема Челябинской области – провал в конкурентоспособности. Начиная с промышленного производства, экономики в целом и заканчивая всеми сферами социума, – налицо тотальная потеря конкурентоспособности. У нас все меньше того, что можно предложить миру, чтобы в обмен получить товары, предметы потребления, за которые мы платим все больше. Мы теряемся в определении своей идентичности – кто мы, что мы делаем, зачем и кому мы нужны? Отсюда вырастают все остальные проблемы, но могут прийти и потенциально прорывные решения.


1s

Нет смысла трогать политику как таковую – у нас ее нет по определению. Нет ни в стране, ни в регионе. Политика – это конкуренция. За голоса избирателей, за признание элит. А она предполагает регулярную смену лидеров, что не заложено в нынешней российской матрице власти. Поэтому сейчас мы либо углубимся в разговоры об актуальных задачах демократической оппозиции, либо оставим тему. Она сегодня для региона не главная и даже не второстепенная – а просто никакая…
industrial-4
Что такое провал Челябинской области в экономике? Как ни крути – металлургия по-прежнему ее основа. Ее процветание в минувшие годы зиждилось на экспортном потенциале, достаточно серьезном. Наши крупные компании, флагманы капитализма, приносили валютную выручку. А потом произошло несколько событий, включая кризис в западном мире, который пошел на спад (в Америке наблюдается приличный рост) и привел к тому, что наша продукция стала менее востребованной. На рынок вышел Китай со своими трубами, своим металлом – китайцы в двадцать раз увеличили производство. Их продукция оказалась примерно того же качества, что у нас, но значительно дешевле, и китайцы вытесняют челябинский металл с мировых рынков, что сильно сказалось на доходах, на прибыльности. Уже пять лет назад даже в нашей области предпочитали китайские трубы, хотя тут свой трубный монстр – ЧТПЗ. Теперь начал «сыпаться» из-за долгов металлургический гигант – «Мечел»… Только легендарная «Магнитка» остается оплотом металлургии – хотя за прошлый год показала 77,5 миллиарда убытков. Вроде сейчас дела пошли лучше, но надо понимать, что эта видимость от нездорового влияния падения курса рубля – за тот же объем продукции ММК выручка гораздо больше в пересчете на рубли.

Наши промышленники (публичные их представители, вроде Валерия Гартунга) давно ратовали за снижение курса рубля, иначе производство встанет. И вот мы видим, что доходы металлургических компаний увеличились, но это условный рост – где-то он дает плюс, а где-то минус. Происходит падение реальных доходов населения, оборотов в розничной торговле, в кризисе малый и средний бизнес, строительство – то есть страдают все отрасли экономики, кроме экспортно-ориентированных. Но и там рост обусловлен внешними причинами и от нас не зависит. А большую игру ведут арабские шейхи, США, Иран, Китай. Они диктуют свои правила на мировом рынке…


2s

И мы в их правила все чаще не вписываемся. Пять-шесть лет назад «сдулся» Ашинский химзавод, который входил в десятку крупнейших предприятий области по объемам продаж. Почему? На его европейские рынки вышли китайцы. Они в два раза снизили цены на аналогичную продукцию. Примерно та же картина и на «Мечеле», а про ЗМЗ и более мелкие заводы и говорить нечего. Потеря конкурентоспособности в металлургии и трубной промышленности (а машиностроения у нас фактически нет) резко подкосила экономику региона не только в доходной части – но и с точки зрения перспектив. Рынки потеряны, и вернуться на них крайне сложно. Ну не пустит Китай на рынки, которые он занял, а высокотехнологичные сектора мы и без кризиса никогда не контролировали. Однажды экс-губернатор Юревич бросил в сердцах что-то вроде «Никому мы на фиг не нужны» – и он был абсолютно прав. Что мы еще производим, кроме металла и руды?

Да, сегодня крайне неоднозначной представляется история с Томинским ГОК. Гигантские карьеры рядом с городом-миллионником, обогащение руды… Это не для слабонервных. Но что взамен? Наша область именно металлургическая и добывающая – и ничего более существенного в ней нет. Кто-то может быть очарован «новаторским» проектом ТЛК «Южноуральский», большим складом китайских товаров. Да, китайцы вкладывают инвестиции в свое продвижение на наш рынок – и еще сильнее подрывают конкурентоспособность оставшейся в живых южноуральской промышленности. Вектор процесса именно таков.


3s

Об образовании. Челябинские вузы сегодня не попадают даже в сотню лучших в стране. Это потеря конкурентоспособности теперь уже в постиндустриальном укладе, который у нас больше имитируется, нежели реально функционирует. Наша «экономика знаний» превращает челябинские вузы в фабрики по выдаче низкорейтинговых дипломов. Нынешний ЮУрГУ славился, когда он был Челябинским политехническим институтом. Политехническая культура считалась «визитной карточкой» области, отражала уральскую идентичность технарей-изобретателей, мастеровых людей, инженеров. Теперь в ЮУрГУ открыли коммерческое производство дипломов любого образца – от юристов и журналистов до маркетологов и всяких там менеджеров гостиничного хозяйства! Можно вспомнить печальную историю ракетно-космического факультета, нашумевшую драму профессора Юрия Павлюка и тому подобное. Да, у нас есть еще технологии и разработки в ядерных и ракетных центрах, но это отдельная история, причем не столько региональной, сколько федеральной компетенции.
industrial-10
Кстати, в России теперь выстроено жесткое унитарное государство, которое условно только называется федеративным, но все регионы «заточены» под Москву, и уже крупные города встраиваются в «вертикаль власти». Однако, есть основания полагать, в обозримом будущем эти тенденции сменятся на прямо противоположные. Тот кризис, в который мы уже вошли, приведет-таки к повторению ситуации, когда, обращаясь к регионам, Борис Ельцин заявил: «Берите суверенитета столько, сколько сможете переварить». Тогда и появится шанс создать федеративное государство ровно в соответствии с Конституцией РФ. Мы придем (нужда заставит) к пониманию, что в основе федерации лежат именно регионы – разные по содержанию, устойчивые изнутри и непременно конкурентоспособные!

К пониманию азбуки подтолкнет кризис административно-сырьевой системы. Вдруг окажется, что губернатору больше незачем ехать в Москву с протянутой рукой – нечего в нее положить. На наших глазах стремительно проедаются резервные фонды. Еще годик низких цен на нефть и падающего рубля – и раздавать будет нечего. Регионы должны быть самодостаточными, способными решать свои социально-экономические проблемы. Бизнес должен искать источники саморазвития, а не основываться на лоббизме, преференциях или особых федеральных программах.

И у регионов должны быть права и полномочия для освоения собственных ниш на мировом рынке и для привлечения инвестиций – что для нашего региона крайне непросто. Здесь такой климат, что надо много вкладывать в обогрев производственных помещений; у нас достаточно дорогая рабочая сила для развивающихся рынков, при том что значительно снизилась квалификация работников. А еще огромные издержки на коррупцию, бандитов, чиновников, полицию, политические риски. Мы не конкуренты по инвестиционной привлекательности ни Индии, ни Китаю, ни Таиланду. Поэтому инвестиций и нет.


4s

«Экономический анализ» в правительстве региона проводится архаично, по старым лекалам. Берутся осно вные показатели (тот же ВРП, производительность труда, динамика прибыли, размеры зарплат, объемы товарооборота и т.п.), и прикидывается, как они будут вести себя завтра-послезавтра на основе пролонгированных вчерашних тенденций. industrial-5Далее строятся какие-то кривые, тренды, не учитывающие ни настроение людей, ни какие-то случайные события, способные все в одночасье изменить. Мы живем в придуманном мире, откуда-то взятом – частично из прошлого, частично из предвыборных агиток, частично из фантазий и заблуждений чиновников и политиков, из дурной публицистики. И каждый раз зима и кризисы приходят к нам неожиданно.

А драма еще в том, что нам никуда не деться от глобальной конкуренции, которую мы очевидно проигрываем, как в свое время динозавры проиграли маленьким ящерам и земноводным. Поэтому мы просто вынуждены придерживаться тенденции на регионализацию, на глокализацию, как сочетание глобальных трендов и локальной идентичности, местной специфики, важной для мирового рынка. В геополитическом кризисе смогут выжить регионы, способные производить нечто уникальное в контексте экономики, культуры, интеллектуальной продукции.

Кстати, странными выглядят попытки региональной власти найти свое место в чисто экономическом плане, поменяв какие-то приоритеты или сдвинув их «вручную». А вот давайте прорывной отраслью в Челябинской области сделаем туризм?! Южный Урал, при всех его природных красотах, никогда не будет туристической Меккой уже по причине сурового климата, отсутствия исторических достопримечательностей, развитой инфраструктуры… Год назад я был в Хорватии в Сплите. Там сохранился дворец Диоклетиана (III век н.э.), одного из последних римских императоров. Дворец настолько велик, что в его стенах помещается почти весь Старый Город. Стоит он на берегу Адриатического моря. Замечательный климат, прекрасная погода, чистое море, толпы туристов. Таких «фишек» в подобном привлекательном сочетании у нас нет и не будет: ни Диоклетиана, ни Адриатического моря, ни теплого солнышка… Но и при таких прелестях хорваты живут бедновато. Хотя все их конкурентные преимущества сочетаются там с толковым, работящим, малопьющим народом. А все равно этого недостаточно для создания достойного уровня жизни населения даже в небольшой стране, но на основе одного туризма. А что уж нам-то говорить про туризм?!


5s

Строить серьезные основания для нашей конкурентоспособности надлежит с… культуры и образования. А у нас эти «отрасли» прозябают на бюджетных задворках. «Да, да, культура, образование – это важно, но…» Дальше следует ссылка на нехватку денег и насущные надобности в других сферах типа: ЖКХ, малый бизнес, безработица, трудовая миграция, экология и т.п. Но именно в образовании и в общей культуре кроется наш потенциал конкурентоспособности, который можно переформатировать в парадигме политехнического образования.
industrial-1
Весьма прискорбно, что деиндустриализация Челябинской области состоялась: машиностроение практически потеряно, за исключением специфических вещей, связанных с атомным производством и ракетостроением. Но эти специфические отрасли экономически не могут вытащить регион в целом. Разве что в сочетании со значительным в интеллектуальном отношении процессом, способным воспроизвести синергетический эффект. Поэтому для формирования региональной идентичности и обретения конкурентных преимуществ мы просто обязаны отчасти возвращать и заново формировать политехническую ориентацию как специфику Уральского региона.

Политехническая культура – это много больше, чем просто история крупных производств. Обдумывая желаемый образ будущего региона, никуда не деться от индустриальной истории. Да, сначала здесь были степи, потом построили крепость, провели железную дорогу… Наконец, начиная с ЧТЗ и Магнитки, с Великой Отечественной войны, когда сюда эвакуировали массу промышленных производств и профессиональные кадры (рабочих, технарей, инженеров, управленцев), – Южный Урал стал символом индустриализации в стране и даже в мире.

Люди, появившиеся здесь в тридцатые годы ХХ века, были сориентированы на промышленное производство, на техническое и технологическое обучение на сложную технику: танки, тракторы, станки, машины, нестандартное оборудование. Техническая интеллигенция и квалифицированный рабочий люд с руками и головой стали нашим самым мощным потенциалом. И если мы говорим о возрождении индустриальной культуры, причем не столько ее материально-производственной доминанты, сколько образовательно-культурной, – то надо думать именно о том, что за нас это уже один раз сделала сама история…

 

Читайте нас в Telegram


Присоединяйтесь к нам!

new-ikonka-facebook-44x44.png
new-ikonka-twitter-44x44.png
new-ikonka-youtube-44x44.png
new-ikonka-instagram-44x44.png
new-ikonka-google-plus-44x44.png
new-ikonka-vk-44x44.png