Бизнес и Культура

Марко Мюллер: «Смотрите фильмы глазами героев!»

М. Мюллер на ОМКФ-2015

См. статью
Марко Мюллер: мастер-класс «Создание фестивалей»

   

Хочу сразу уточнить, что классификация фестивалей на категории «А«, «Б» и прочие – это бред. Ну, например, есть такая Международная федерация продюсеров – и она ни на что не влияет. Раньше, если вы хотели создать какой-нибудь фестиваль – было важно получить одобрение FIAPF (Международная федерация ассоциаций кинопродюсеров). Но это осталось в прошлом. К тому же, у американцев с начала 1920-х был свой аналог ассоциации кинопроизводителей – MPAA. И уж если они решают отправить какой-нибудь свой фильм на фестиваль – то для них важно только мнение лобби американских продюсеров. Так что вся эта классификация фестивалей абсолютно не важна.

Во время подготовки кинофестиваля в Пекине некоторые китайские политические функционеры боялись, что без согласования с Международной федерацией продюсеров ничего нельзя будет сделать. А я им отвечал: «Да кому какое дело?» Все как хотели, так и хотят отправить свои фильмы на представление в Китай. Тем более, если благодаря фестивалю фильм получит больше рыночного признания…
 

Логотип Международного кинофестиваля в Торонто

Логотип Международного кинофестиваля в Торонто

 
Возможно кто-то из вас слышал, что фестиваль в Торонто в этом году станет более соревновательным, а будущее венецианского, боюсь, выглядит довольно печальным. Торонто – это как раз тот фестиваль, который не имеет классификации «А», «Б» и так далее – их не заботит мнение федераций продюсеров. В Канаде вообще два признанных фестиваля – в Торонто и Монреале, причем второй считается главнее. И много ли вы о нем слышали? Напротив, Торонто на слуху.

Когда я руководил Мострой – передо мной стояла задача, как сделать представление фильма на этом фестивале более важным, чем в Торонто. Решение заключалось в обеспечении заметности нашего мероприятия в глобальном смысле. Необходимо было доказать местным бюрократам, что мы готовы сокращать бюджет, но ни в коем случае делать это в ущерб гостям – звездам, прессе и медиа – так как именно они создают шумиху, которая привлекает внимание к фильмам.

Мне казалось, что для Венеции совсем не обязательно существование обычного кинорынка – поэтому сам фестиваль в Торонто стал «рынком» Венеции. Таким образом мы смогли регулярно привлекать крупных американских продюсеров для поддержки хороших фильмов, балансирующих между коммерческим и независимым кино. Студии знали, что десяток американских фильмов, представленных в Венеции – через неделю прогремят в Торонто, где будут показаны еще 60 других. Таким образом Венецианский фестиваль доказал свою важность и интересность.
 

Кадр из фильма "Дядюшка Бунми, который помнит свои прошлые жизни" Апичатпона Вирасетакула (2010)

Кадр из фильма
«Дядюшка Бунми, который помнит свои прошлые жизни»
Апичатпона Вирасетакула (2010)

 
Показательная история случилась в 2010 году, когда Золотую пальмовую ветвь в Каннах получил фильм «Дядюшка Бунми, который помнит свои прошлые жизни«. Когда такой серьезный фестиваль берет подобный фильм к себе в программу, да еще и выигрывает главный приз – картина сразу продается в прокат в гораздо большее количество стран, чем после представления его, к примеру, в Венеции. Но фильм так и не стал хитом бокс-офиса. Мои коллеги в Каннах даже заволновались о жизнеспособности каннского кинорынка – да и тогда американские продюсеры стали задумываться, не дождаться ли фестиваля в Торонто?

Тут мы возвращаемся к пункту правильности выбора времени проведения фестивалей. Дата релиза для американских фильмов немного отличается от европейских: продюсеры предпочитают октябрь и ноябрь для выпуска претендующих на что-либо картин. Поэтому Торонто, проводимый осенью, приобрел такую ценность для кинорынка. Он хорош тем, что он достаточно поздно проходит – и может подогреть интерес, который потом долго не утихает. Это хитрый способ для привлечения дистрибьюторов…

   

Существует еще один важный элемент при организации крупных кино-мероприятий: красная дорожка и, соответственно, привлечение звезд. А когда мы говорим «звезды» – то имеются в виду американские, разумеется. Если их у вас нет – забудьте о пристальном внимании СМИ. Составляя программу в Локарно, я назначал американские премьеры на конец дня – и только так все журналисты, которые приезжали от ежедневных газет на фестиваль, обращали внимание на другие хорошие фильмы в программе. Им просто нечем было заниматься днем – так что они смотрели программные фильмы. Ведь важность фестиваля оценивается количеством прессы, обзоров, критики, которая выходит в результате.

Когда я ранее отмечал, что фестивали нужно «изобретать«, то имел в виду также то, что они должны становиться платформой, открывающей новые территории за пределами того, чем мы сегодня называем кино. Важно быть открытым к разнообразию опытов, творческих практик, чтобы, оставаясь в рамках кино, строить своеобразных мост с иным визуальным искусством и мультимедиа.

 

Режиссер Лав Диас с главным призом кинофестиваля в Локарно

Режиссер Лав Диас
с главным призом кинофестиваля в Локарно

 
Приведу такой пример: на мой взгляд, одним из самых интересных режиссеров нового времени является филиппинец Лав Диас. На многих фестивалях показывают его картины – так что я отобрал для официальной программы в Венеции три его работы. Их хронометраж, соответственно, шесть, семь и восемь часов. С другой стороны – для Каннского кинофестиваля, который проходил за несколько месяцев до Мостры, был выбран его двухчасовой фильм. Таким образом стало возможным подогреть интерес к его картинам с большой продолжительностью, готовящихся к Венеции…

Посоветую на будущее всем, кто хотел бы заниматься кинофестивалями, быть честными с самим собой: если вы считаете какой-то фильм действительно важным, то не ставьте его параллельно с кассовым американским. Я не люблю термин «воспитывать вкус аудитории», но все же необходимо потенциальным зрителям предоставить как можно более многообразный выбор, чтобы они могли самостоятельно составлять свою культурную программу. Нельзя отправить зрителей в какой-то определенный зал и сказать, что там, мол, они увидят «все самое ожидаемое и интересное». В этом кроется проблема фестивалей: люди часто идут смотреть те фильмы, о которых уже все знают. Эмоциональная реакция искажена предвкушением, тем, что уже было услышано и прочтено.

Самое ужасное в этом, что даже после фестиваля будет мало цельных отзывов, а чаще всего останутся какие-то обрывки. Во время многодневного фестиваля могут расползтись всякие слухи об актерах и их отношениях – и потом все будут обсуждать, что какой-то фильм на n-позиций выше иного. Но разве это важно? Своим студентам я всегда говорю: «Задумайтесь о таких гигантах как Росселини, Антониони… Вы думаете у них были какие-то огромные бокс-офисы? Или что они имели какой-то глобальных успех? Конечно нет!»
 

"Доктор Джекилл и мистер Хайд" Рубена Мамуляна (1931) – первый фильм в истории кинофестиваля в Венеции

«Доктор Джекилл и мистер Хайд»
Рубена Мамуляна (1931),
первый фильм в истории кинофестиваля в Венеции

 
Венецианский кинофестиваль был основан двумя монстрами – графом Джузеппе Вольпи и графом Витторио Чини. Они уничтожили экосистему венецианской лагуны, построив там порт Маргера. В общем, причина, почему они придумали этот кинофестиваль – бизнес, попытка привлечь гостей в отели, которыми графы владели в этом регионе. Это, собственно, одна из причин возникновения фестивалей в Каннах и Берлине. Проще заполнять гостиницы в высокий сезон, летом или на Рождество – но как вы привлечете гостей в январе или феврале? Давайте тогда придумаем кинофестиваль!

В задумке Венецианский кинофестиваль был своеобразной платформой для налаживания дипломатических отношений. И действительно, достаточно скоро он стал открытым всему миру. Можете ли вы поверить, что первый индийский фильм в Венеции появился уже в 1934 году? Это поразительно! Япония, как и Италия того времени, была одной из стран с фашистской идеологией. Однако, одни из самых лучших – и явно не идеологических – японских режиссеров были частыми гостями в Венеции в первые годы существования фестиваля…

В свое время я хотел создать в Венеции абсолютно новый тип организации фестиваля: чтобы мероприятие стало площадкой для экспериментов и того, что называется «открытием горизонтов». Было создано широкое пространство для представления современного итальянского кинематографа. В некотором смысле мы шли на уступки: распорядились отдавать по три полосы в самых важных ежедневных итальянских газетах для фильмов, которые спонсировались аффилированными с политиками продюсерами. Это был наш способ договориться с ними – все для того, чтобы появилось место для проектов, которые мы бы сами хотели представить…
 

Постер сериала "Милдред Пирс" (2011)

Постер сериала "Больница Никербокер" (2014)

Постеры сериалов
«Милдред Пирс» (2011) и «Больница Никербокер» (2014)

 

Я в течение пяти лет упрашивал канал НВО найти возможность представить мини-сериал от режиссера Тодда Хейнса «Милдред Пирс«. Хотя, трудно даже называть эту работу сериалом: мы надеялись представить его в Венеции одним выпуском. Конечно, НВО эта идея не понравилась, они не хотели менять саму структуру этой работы – чтобы каждая серия подогревала интерес к следующей. Но мой товарищ, режиссер Стивен Содерберг все-таки помог «растолкать» НВО к 2014 году – и выпустить фестивальной публике его сериал «Больница Никербокер». Мне его работа напомнила романы Достоевского! И здорово, что Стивен тоже был полон энтузиазма показать весь сериал целиком. Ему пришлось лично связываться с президентом кабельного канала и уговаривать его разрешить представить сериал так, как я предлагал.

 

Кадр из фильма "За пригоршню долларов" Серджио Леоне (1964)

Кадр из фильма «За пригоршню долларов»
Серджио Леоне (1964)

 
Нужно прилагать максимум усилий, чтобы получать копии фильмов в максимально возможном качестве. Можно вспомнить Квентина Тарантино, известного своей специфичной любовью к популярному кино: только почитайте, что он сказал по поводу плохой реставрационной работы с фильмом «За пригоршню долларов» Серджио Леоне, первого спагетти-вестерна знаменитой «долларовой трилогии». Эта копия была представлена два года назад в Каннах в день открытия. Да, она была подготовлена очень хорошими специалистами в своей области, но в этот раз они сплоховали… Квентин разродился гневом: «Зачем выпускать в Канны копию, ничем не отличающуюся от той, что лежит у меня дома? У меня есть своя 35-мм копия – вот, что нужно показывать!»

Когда столь известное, популярное кино показывается на большом мероприятии – то нужно к нему относиться с таким же уважением, как и к остальным картинам. Если в вашем распоряжении DCP-копия, но изготовленная не с оригинала – то нужно бороться вместе со своей технической командой или за поиск самой лучшей копии, или настраивать аппаратуру так, чтобы изображение было максимально аутентичным, ярким и динамичным…

В 2004 году мы проводили ретроспективу Серджио Леоне – конечно, это вызвало много шума в прессе (но, кому какое дело) – важно было того, что наша команда в очередной раз доказала, что итальянское кино очень сильно, и оно имеет ресурсы для трансформации. Итальянцам удалось объединить несколько киножанров – и на выходе получить свой, ни на что не похожий шедевр. Это любопытный прецедент, когда коммерческий успех тех фильмов создает условия для появления чего-то более оригинального. Логично, что следом за Роберто Росселини и Микеланджело Антониони появились Марио Бава и Серджо Соллима

   

В Локарно я разрабатывал несколько любопытных направлений: как можно обрести найти правильную аудиторию для разного рода фильмов. И ответ был очевиден – нужны более молодые зрители. Венеция для них слишком дорога, Лидо чертовски скучное место. Только для того, чтобы добраться из хостелов в Лидо до Венеции, необходимо порядка 45 минут проплыть в лодке. Так что там пришлось подключать ряд недорогих отелей, разрабатывать систему скидок для студентов – и студенческие билеты стали стоить действительно дешево…
 

Режиссер Такаси Миике на кинофестивале в Венеции

Режиссер Такаси Миике на кинофестивале в Венеции

 
Приведу еще один хороший пример. Вы видели фильмы одного из самых безбашенных японских режиссеров Такаси Миике? На его показах всегда витает атмосфера рок-концертов или футбольных матчей. Причем большинство показов приходилось на полночь – так что студентам было очень сложно на последней лодке возвращаться назад в город ночевать. Но молодежь все равно приезжала. И Миике очень понравился тот опыт участия в фестивале… Ведь там была молодая аудитория.

В Каннах все немножко иначе: туда съезжаются преимущественно профессионалы, серьезные медиа, богачи… А молодежь и студенты могут пробиться только на выходные. Их могут сопровождать учителя – однако, никакой учитель не поведет своих студентов на фильмы того же Такаси Миике…

Со времен моего руководства в Венеции в 2004 году – я хотел, чтобы не было деления на «фильмы первого разряда» и остальных. Я не знаю, что такое «фильм первого разряда» – есть только хорошие фильмы – и те, что похуже. И я гарантирую, что на показах итальянского жанрового кино и фильмов Миике – не было ни одного зрителя, который бы отвлекался на смски или сползал с кресла…

   

Марко Мюллер рассказывает о кинофестивалях

Диалог между западноевропейскими кинофестивалями и звездами первой величины, как Стивен Спилберг – не ограничивается представлениями о равенстве. Только если этим самым звездам понадобится площадка фестиваля для чего-нибудь – то они будут прилагать усилия, чтобы попасть туда.

Не важно, насколько сильна твоя программа – ты всего лишь часть их рыночной стратегии. Продюсеры будут пытаться диктовать, чем будет фестиваль: «Хорошо, мы привезем фильм этого режиссера – и актеры, и актрисы тоже будут вместе с ним – но съемочная группа свободны только в первую субботу фестиваля…» И когда им говоришь, что уже, к примеру, это время занято другим проектом, не менее важным – они отказываются приезжать… Это прям военная операция: они пытаются оккупировать фестиваль, так, чтобы ни для кого не осталось там места…
 

Кадр из фильма "Повелитель бурь" (2008) – обладателя 6 премий «"Оскар", призов Британской киноакадемии, Венецианского кинофестиваля и многих других

Кадр из фильма «Повелитель бурь» (2008),
обладателя 6 премий «Оскар»,
призов Британской киноакадемии,
Венецианского кинофестиваля и многих других

 
Вы наверняка помните фильм Кэтрин Бигелоу «Повелитель бурь» – он как раз дебютировал в Венеции. Канны не захотели принимать эту работу, потому, что посчитали, что она слишком воспевает американский империализм. Как по мне – этот фильм о войне как наркотике. Наркотическом состоянии, которое охватывает солдат, находящихся на войне. А когда вы смотрите этот фильм с точки зрения ценности для кино – то как можно не отдать ему одну из центральных позиций в первую же неделю фестиваля?

В Венеции картина прошла очень хорошо и получила массу предложений от дистрибьюторов. Студия Lionsgate даже вошла в бюджет фильма с 4-5 миллионами долларов. Вообще «Повелитель» очень хорошо собрал в прокате. Конечно, я ожидал, что наше жюри тоже оценит важность этого фильма для современного кинематографа – но председатель жюри того года Вим Вендерс придерживался той же позиции, что и руководство Канн… Это скандал! Что здесь делает этот империалистический фильм? Большинство заметок о нем в прессе как раз указывали на необычность решения жюри, никак не отметившего картину. После было множество интервью с членами жюри – и они почти единогласно дали ему отрицательную оценку. Ох, когда вы начинаете вешать ярлыки на американские фильмы – то можете пропустить среди них что-то ценное…

В тот же год вышел фильм Кэтрин Бигелоу «Повелитель бурь»«Рестлер» Даррена Аронофски. Даррен был для меня лично всегда особенной личностью в кино. Вся его карьера, все что он делал – было чем-то исключительным.

Первые его фильмы, как «Реквием по мечте» или тот же «Фонтан», можно было назвать на момент выхода провальными. Помню, когда фильм Даррена впервые вошел в конкурсную программу Венеции, пресса писала, мол, «Мюллер, вероятно, спал, когда отбирал этот фильм в программу!» А для меня было важно, чтобы это кино было представлено в Венеции. Это не вопрос верности режиссеру, а признание того, что он приверженец не какого-нибудь конвейерного производства.
 

Кадр из фильма "Великая иллюзия" Жана Ренуара (1937)

Кадр из фильма «Великая иллюзия» Жана Ренуара (1937)

 
Я бы не доверил судить о моем фильме тому, кто анализирует только разумом, мозгом – а не сердцем и душой… Я уже говорил, что на показах сажусь сбоку от членов отборочного комитета – наблюдаю, как они смотрят фильм. Очень важно прочувствовать фильм глубоко… А уже после этого его как-то анализировать.

Я не считаю чем-то постыдным, если какая-то картина трогает вас до слез – их не нужно их стесняться. Конечно, слезы могут вызвать и мейнстримные картины, потому, что они используют манипуляцию сознания, посредством уже проверенных уловок. Только имейте в виду, что в таком случае, когда выйдете из кинотеатра – то не вспомните даже, о чем фильм.

   Лично я стараюсь забыть в кинотеатре все, что знал до этого – на 90 минут или сколько там длится фильм – и просто смотреть человеческие истории… Которые, вероятно, происходят в другой части мира – пространства, совсем не похожего на тот, что окружает меня… Смотреть на это глазами героев…

Продолжение следует..

Текст и фото: Анастасия Тарина, Михаил Шевелев.
В материале использованы исторические фото,
кадры и постеры из фильмов, участвовавших в кинофестивалях

 

Читайте также:

  Марко Мюллер: мастер-класс «Создание фестивалей»
  Открытие ОМКФ-2015: бизнес, культура и столетие создателя величайшего фильма в истории
  «Атомное сердце» Одесского кинофестиваля
  Даррен Аронофски на ОМКФ: слоган кинематографиста — «Страсть, боль, боль»
  Даррен Аронофски на ОМКФ: «Больше никаких отговорок не снимать фильмы!»

 
 

 

Нравится материал?
Помоги проекту «Бизнес и культура»!
Поддерживая сайт, вы помогаете нам оставаться независимыми.

 
 
 
 

Читайте нас в Telegram


Присоединяйтесь к нам в Telegram