Бизнес и Культура

Медная история

РАСПЕЧАТАТЬ СТАТЬЮ...
tomino-gok-0

Рассказ Василия Московца, одного из акторов общественного движения «СТОП-ГОК», идеально вписывается в историческую площадку бк

«Начало конца»

Создается впечатление, что в Челябинске и его окрестностях зарождается довольно редкое в современной России масштабное общественное движение. Причем даже не столько против региональной и местной власти, сколько против посягательства «большого бизнеса» на первичные интересы так называемого «простого народа».

Удивительно, как буквально на глазах равнодушных и неравнодушных наблюдателей формируется «снизу» глубокоэшелонированная организация с очень ясными, серьезными целями и задачами. Безусловно, страстный монолог нового героя бк затронет чьи-то сердца и души. И, быть может, даже поцарапает что-то внутри «штатных блогеров» РМК и некоторых записных чиновников…

Кстати, в самых первых строках пилотного номера журнала «Бизнес и культура» мы уже припоминали крылатую фразу либерального мыслителя ХIХ века Пьера Прудона: «Бизнес без культуры – воровство». Но это к слову, как бы вместо эпиграфа, а все внимание к Василию Викторовичу Московцу…

 1 

Наше движение «СТОП-ГОК» – самый настоящий феномен. Это реальная, большая и плодотворная организационная работа. Как любитель истории, я понимаю, что мы присутствуем при событии исторического масштаба. Я думаю, что екатеринбургские бизнесмены, неведомым мне образом овладевшие буквально всеми месторождениями меди в Челябинской области, были абсолютно уверены, что смогут продавить любой свой проект. Ну просто никто не осмелится что-то возразить.

Как профессиональный юрист, я часто бываю по делам в Екатеринбурге и вынужден констатировать, что мы действительно очень-очень отстали от нашего северного соседа, буквально по многим параметрам. И, в частности, по тому, как там устроен юридический бизнес – то, что мне ближе. Я полагаю, что руководство «Русской медной компании» не сомневалось, что их очередной проект, Томинский ГОК, будет так же уверенно воплощен в жизнь по привычным лекалам – сродни Михеевскому ГОКу в Варненском районе. Там же всё было шито-крыто – никто никакого сопротивления не оказал: ни местное население и районная власть, ни губернатор области.

Но здесь – в окрестностях Челябинска – вдруг возникли какие-то люди… Поначалу вообще было пять-шесть человек, и на нас не обращали никакого внимания. Как это у Махатмы Ганди – сначала они тебя не замечают, потом смеются, потом начинают с тобой бороться, а потом ты их побеждаешь. У себя на сайте мы сделали опрос – и большинство (38%) опрошенных склоняются, что сейчас с нами уже борются, а не смеются. А значит, у нас впереди заключительная фаза по Ганди.

Как это всё вообще произошло? Очень просто: человек по человеку собирались через знакомых. Поначалу нас было пять-шесть человек – собрались, подумали, поняли: перед нами проблема и что-то надо делать… Это случилось летом 2013 года, когда появились публикации юриста Андрея Талевлина и журналиста «Челябинского рабочего» Айвара Валеева о возможном строительстве горно-обогатительного комбината в пригороде Челябинска.

Правда, впервые я услышал про горно-обогатительный комбинат 31 декабря 2012 года. Мы собрались отметить Новый год в офисе у Юрия Борисовича Черкасова, и я похвастался, что купил сад в Глинке. Тут же висела огромная карта Челябинской области – Черкасов подошел к ней и ткнул пальцем: «Так здесь же будет ГОК и хвостохранилище!» А я таких слов даже не знал…

Итак, под Новый 2013 год я впервые услышал про ГОК, в июле прочитал статью Айвара и пост Андрея и только в октябре нашел в себе силы действовать… А надо заметить, что у нас уже была ячейка – мы все участвовали в защите городского бора, когда забродила безумная идея пустить автомагистраль от улицы Худякова до Калининградской по берегу Шершневского водохранилища. Мы приобрели опыт участия в протестных акциях, были знакомы с Валеевым, у нас сложились группы в соцсетях и т.д.

А еще мы знали, что Талевлин представляет в области федеральную партию «Яблоко», знали и профессионального эколога Олега Альбертовича Магазова, ярого коммуниста и марксиста, который и КПРФ-то, наверное, считает прибежищем оппортунистов-меньшевиков. Кстати, он был преподавателем факультета экологии ЧелГУ, но его заставили уволиться оттуда из-за участия в защите лесного бора.

Мы вовремя поняли, что ни в коем случае нельзя «вариться в собственном соку городских несогласных» – а необходимо обязательно привлекать всех жителей области. Мы с самого начала никого не делили на демократов, либералов, коммунистов и эсеров. У нас есть общая проблема – и решать ее надо совместно.

В 2013 году в Челябинске работала «Школа гражданского лидера» от фонда Алексея Кудрина, и сюда стали приезжать разные известные люди, в том числе Александр Починок. И он рассказывал о том, какой у нас будет экономика в 2050 году, приводя ошеломительные сведения: «Сегодня один Сингапур, меньший по территории нашего Металлургического района, производит ВВП, превышающий то, что дают три федеральных округа. Стоимость Олимпиады в Сочи соизмерима с затратами, необходимыми для коренной модернизации нашей системы высшего профессионального образования». Он уверял нас, что через 30 лет мы будем жить совершенно в другом обществе…

Тут я напрягся, встал и спрашиваю: «Дорогой Александр Петрович, а у нас тут ходит слушок, что в 20 км от центра города собираются строить ГОК». Починок мне отвечает, мол, он не знает детали проекта, но думает, это какая-то ерунда – такого просто не может быть! И в принципе всё должны решать люди: что можно строить, а что нельзя. А я ведь не знал, какие люди и что тут решали. Но, как юрист, понимаю, что в таких ситуациях должны быть публичные слушания.

Захожу на сайт РМК и нахожу статью: «Прошли публичные слушания в поселке Томино». Я постоянно езжу мимо него, но никогда туда не заглядывал. И вот читаю, что на слушаниях присутствовали 100 человек! Я открываю статистику и узнаю, что в Томино живут 1800 человек. Естественно, возникает вопрос: почему именно томинские жители что-то решают за всю округу? Наш сад «Глинка» всего в семи километрах от Томино – почему меня не спросили?! Почему не спросили жителей из окрестных поселков: Саргазы, Полетаево, Бутаки, Биргильды и так далее?

 2 

Я давно носился с идеей разобраться в том, почему мы всегда играем по правилам, которые нам устанавливают чиновники. Например, общественные обсуждения важных для горожан проблем, как правило, назначаются в рабочее время в том же Доме архитектора, когда никому не удобно, и вообще часто не бывает никакой информации о таких событиях. И у меня возникла мысль самим устроить публичные слушания…

В октябре 2013 года собрались несколько человек: Талевлин, Черкасов, Магазов, Алексей Табалов… и я им предложил попробовать самим организовать публичные слушания. Кто-то возразил, мол, кто там вообще соберется? Я ответил: да хоть кто, но надо написать объявление и разослать приглашения всем заинтересованным сторонам. Мы тут же решили сделать «Положение об общественных слушаниях» и пригласить представителей РМК, а Талевлин еще предложил провести пресс-конференцию. И мы ее провели – но потом тишина: никто не отзывается, никак не реагирует… Что делать? Предлагаю Черкасову ехать в поселки, встретиться с людьми, поговорить с ними, порасспрашивать…

Мы же не представляли себе, что такое Томино, какие там люди, что там делают геологи. Сели в машину, поехали… При въезде в поселок спросили местного мужика, где находится клуб. Он показал. Мы спросили, был ли он на публичных слушаниях. Товарищ объясняет, мол, не было никаких слушаний, всё это ерунда… в рабочее время собрали стариков – «а мы категорически против ГОКа». Ну, думаем, ничего себе!

А у нас с Черкасовым вообще не было ни одного знакомого человека во всем поселке. Мы с ним прошли по улицам, проехали на машине. Да, поселок – умирающий. Просто чувствуется очень тяжелая атмосфера: строй тут хоть концлагерь, хоть атомную станцию или мусоросжигательный завод – люди не будут сопротивляться! Такое сложилось впечатление.

Осмотрелись, подумали и поехали из поселка в саму деревню Томино. Октябрь месяц, грязь непролазная – даже на джипе ползли с огромным трудом, чуть не застряли. Смотрим – никого нет в деревне. Встретили одну бабушку, спрашиваем: «А где у вас тут лагерь геологов?» – «А здесь вот, в лесочке». Мы туда заехали – а там уже техника стоит… Мужики выбежали навстречу, дескать, чего здесь делаете? А Черкасов так громко: «Так, мужики, я геолог – а что вы тут делаете, рассказывайте». – «Ну, бурим, то-сё, пятое-десятое…»

Из этого леска мы выехали, смотрим – какая-то прямая дорога. Куда она идет? Ни карты, ни навигатора у нас не было. Вспоминаю, что где-то рядом может быть поселок Первомайский, в котором я тоже никогда не был. Едем дальше, выезжаем на дорогу из Коркино в Первомайский. Какая-то деревня стоит, бабка на остановке, подхожу к ней: «Бабуля, что это за деревня?» – «Это Шумаки, сынки». – «А где Первомайский?» – «Вон туда надо…» Приезжаем в Первомайский – такой классный городишко оказался, а я-то думал, это деревня. Узнаем, что здесь работает цементный завод, больше десяти тысяч жителей… И так мы проездили целый день, знакомились с окрестностями.

 3 

Вернулись в город – стали думать. Решаем, что надо на публичные слушания приглашать администрации всех окрестных поселков. Я написал текст: «Уважаемый товарищ…, 7 декабря 2013 года в Челябинске состоится общественное обсуждение проекта строительства Томинского ГОКа. Приглашаются представители РМК и все жители…» Мы с Черкасовым снова сели в машину и проехались по всем поселковым администрациям. И везде зарегистрировали свои приглашения.

В Первомайском было удивительно: обычно в других приемных у нас просто регистрировали обращения, и мы прощались, а тут девушка зарегистрировала и попросила подождать. Сама забежала к главе администрации – вышла, спросила, есть ли у нас время. Через пять минут нас приглашают – сидит и.о. главы Первомайского поселения, перед ним карта. Он просит еще подождать и приглашает начальника КУИЗО. Прибегает женщина, глава спрашивает: «Ты видела этот проект?» – «Видела». – «Что ты думаешь?» – «Да это просто конец! Как раз яма под наши сады Цементник-1, Цементник-2, Цементник-3». И оба хватаются за голову… ёпэрэсэтэ! Ну и, конечно, они согласились приехать на обсуждение.

Мы едем дальше, выезжаем из Шумаковского леса – смотрим: висит вывеска «Охотхозяйство Шершневское, охота только по путевкам…» Мы через Интернет находим «Союз охотников и рыболовов» и им тоже привозим приглашение. Потом обратились к садоводам. Тут я в курсе: председатель нашего сада в Глинке – Любовь Яковлевна Кондакова – была и председателем Облсада. Прихожу к ней, рассказываю всё, она не верит: «Не может быть! Это ерунда! Какой карьер? Ладно, я приеду…» Даже Кондакова абсолютно ничего не знала, хотя она непростая женщина, хозяйственная и на областном уровне садами занимается…

И тут я подумал, что в этих местах всегда жили оренбургские казаки. Значит, обязательно должны быть казачьи ячейки. И я хорошо знаю Михаила Николаевича Лонщакова, который в 1990-е годы был атаманом области, а мой отец – челябинским городским атаманом, и они были товарищами. Кстати, коротко о моей родословной. Моя бабушка по материнской линии жила в Нижне-Петропавловском, а Петропавловка и Русская Теча – вообще старейшие русские поселения в Челябинской области. В 1933 году во время голодомора бабушка приехала работать в Челябинск. С отцовской стороны мои родственники жили в поселке Казак-Кочердык станицы Усть-Уйской тогда еще Троицкого уезда Оренбургской губернии, а ныне – Курганской области. В конце сороковых дедушка и бабушка по отцу приехали в Челябинск. И здесь уже родились и моя мама, и мой отец, и мой брат, и мой сын.

Решили пообщаться с казаками. Я поехал к Лонщакову: «Михаил Николаевич, у нас должны быть реестровые списки, давайте посмотрим списки казаков из станиц Сосновского района». Он достает такие объемные папки, все запыленные, начинаем листать… Челябинск, Саргазы… Но томинских нет. Лонщаков говорит: «А чего ты мучаешься? У нас же есть Владимир Владимирович Николаев – он жив-здоров, только-только ушел на пенсию, а еще месяц назад был начальником Сосновского узла связи. Связист же вообще всех знает, тем более он очень контактный человек». Я – к нему и взял на всякий случай фотографию, где он с моим отцом стоит. Приезжаю, он так серьезно: «Василий, что у вас там?» – «Вот так-то и так-то…» – «Ёпэрэсэтэ!..»

А я чувствую какое-то напряжение, смотрю: разные комментарии появились в Интернете, блогеры смеются – мол, организовываются какие-то общественные обсуждения. Но меня это не волнует – я уже начал понимать, что людей соберется много. В гостинице «Южный Урал» два конференц-зала на втором этаже: один человек на 50, где мы обычно собираемся, и второй – побольше. Звоню Андрею Талевлину, говорю, что малого зала недостаточно. И еще предложил сделать онлайн-трансляцию. Попросил Сашу Корецкого, тот сразу согласился помочь.

 4 

И вот 7 декабря 2013 года, суббота, мы назначили собрание где-то на 11 или 12 часов. Понятно, я должен быть пораньше, приезжаю примерно в 10.20, а на входе в гостиницу на морозе стоят два десятка бабушек. Я поразился: «Что тут за несанкционированный митинг у входа?» – «А мы, сыночек, приехали на общественное обсуждение». – «А откуда вы узнали?» – «Вот в газете написано».

Обсуждение проекта Томинский ГОК, гост. Южный Урал, 07.12.2013

Обсуждение проекта
Томинский ГОК,
гост. Южный Урал, 07.12.2013

И подают какую-то бесплатную газету, кажется, «Ва-банкъ», где напечатана самая первая схемка с двумя карьерами и двумя хвостохранилищами. И там было прямо сказано, что в Челябинске состоится общественное обсуждение…

Я зашел в гостиницу, спросил охранника, можно ли старушек запустить, – можно. Мы вместе с ними поднимаемся в зал, а их уже было 25. От «Яблока» пришла такая симпатичная женщина, помощница Талевлина, – мы стали расставлять стулья. И уже начали подтягиваться люди, подошел Александр Корецкий, следом Ольга Мухометьярова из Златоуста… люди шли, шли, шли – 90% из них я впервые видел. Айвар Валеев опоздал минут на 15 и не мог попасть в зал, потому что пробиться было невозможно. Это была реальная фантастика!

А мы еще заблаговременно отвезли в РМК приглашение, заверили, что им будет предоставлено слово и все детали мероприятия можно согласовать со мною. И я сейчас понимаю, что они, скорее всего, не обратили внимания на эту бумажку. Если уж я сам не ожидал такого ажиотажа, а они-то тем более…

Коркинцы принесли подписные листы, гост. Южный Урал, 07.12.2013

Коркинцы принесли
подписные листы,
гост. Южный Урал, 07.12.2013

Константин Жаринов съездил в ЧелГУ, нашел там Александра Георгиевич Тюрина, доктора химических наук, ныне покойного. Тюрин приехал на слушания, рассказал нам о гидрометаллургии, о чем я и не слышал никогда до 7 декабря. Потом должны были выступить Талевлин и Магазов, который уже сделал первичный анализ проекта и сразу заявил: «А в чем здесь проект-то? Какая в нем целесообразность? На мировом рынке цена на медь неуклонно падает!»

Моя задача – ведение слушаний, хотя я впервые это делал. Напротив меня сидит молодая симпатичная женщина и комментирует выступление Магазова. Я обращаюсь к ней: «Вы так хорошо говорите, кто вы?» – «Я – Валерия Гришина, депутат Вознесенского сельского поселения». – «А вы можете выступить?» – «Да запросто». Уже выступили Тюрин, Талевлин, Магазов, и я даю ей слово. Она встает и начинает зажигать: «Мы у себя обсудили в совете. Вся эта история очень опасна. Нас вообще никто не спрашивал…» И я даже проникся уважением к органам власти, все-таки она депутат местного самоуправления. Записал ее телефон. Это был наш первый человек из власти… Правда, потом ее тормознули коллеги-единороссы, но тогда она сыграла свою историческую роль.

Дальше попросила слово Зинаида Федоровна Кривопалова. Она оказалась одним из лучших специалистов по водным ресурсам, кандидат географических наук, знающая наши Шершни назубок. По сути дела, с нее и началось привлечение профессиональных экспертов к анализу проекта. Именно она со временем помогла привлечь Сергея Егоровича Денисова, доктора наук, крупного специалиста по водным ресурсам. Он вообще сыграл огромную роль.

А тогда после Кривопаловой еще одна женщина с самого последнего ряда очень грамотно рассказала о водной проблематике. Точнее, я тогда и не понял, что она говорит по существу, но было ясно, что человек разбирается в теме. И тоже записал ее координаты. Следом подошла группа женщин, которые выложили штук двести подписных листов. Спрашиваю: «Откуда?» – «Мы с Благодатного, в Архангельском выкупили землю и строим свое поселение…» Вот так всё пошло-пошло, мы были буквально в такой эйфории – не передать…

Но вот из РМК никого не было. Мне известно, что у Айвара Валеева был разговор с главной пиарщицей РМК – Евгенией Чаплыгиной, мол, почему вы не пришли, это же хорошая площадка для выяснения отношений. Но они, видимо, отнеслись к этому, как свердловчане относятся к челябинцам. Тем более сама Евгения вообще москвичка. И тут-то они ошиблись, а ведь могли приехать и представить какие-то свои аргументы. Тогда еще можно было говорить спокойно. И люди бы их, думаю, послушали.

Я ведь специально зашел на сайт РМК, нашел там Николая Николаевича Джемилева и конкретно написал в приглашении: «Уважаемый Николай Николаевич, мы собираемся обсуждать Томинский ГОК. Пожалуйста, придите и расскажите все плюсы и минусы вашего проекта…» Уже было понятно, что какие-то плюсы у них есть. Честно говоря, я догадывался, что они не придут, но вообще-то думал, что это нормально – поговорить открыто друг с другом.

 5 

После собрания Андрей Талевлин говорит: «Нас уже много. Кто хочет серьезно разбираться – давайте соберемся в понедельник у меня в офисе». И мы собрались – половину из присутствующих у Талевлина я не знал. Познакомились… «Вы откуда?» – «Из Челябинска». – «Почему заинтересовались?» – «У меня дом в Томино». Вот и первый томинец! «А вы там кого-нибудь знаете?» – «Конечно, знаю, того знаю, этого, и председателя поселкового совета депутатов знаю». – «А что они говорят?» – «Я не знаю, давайте их спросим…» Вот так и понеслось…

Собрание жителей станции Дубровка-Челябинская

Собрание жителей станции
Дубровка-Челябинская

Из тех мест самой первой мне позвонила женщина со станции Дубровка-Челябинская: «Слушайте, вы можете у нас такое же собрание провести? Мы просто не можем приехать». – «А как мы это сделаем? У вас есть какое-то публичное место? Можете спросить разрешения у директора школы?» – «Хорошо». Буквально через полчаса перезванивает: «Со всеми договорились, приезжайте».

Я позвонил Талевлину, Гришиной, Елене Камкиной, с которой только-только познакомились, и поехали мы на станцию Дубровка. Собралось человек тридцать. Один сказал слово, второй сказал слово, третий… и так всё хорошо. Слышим: в зале люди переговариваются, мол, ничего себе, как это так?

А в зале инкогнито сидела замглавы Коркино – она нас слушала, слушала, потом встает: «Так, ребята, чего вы нам мозги пудрите? У нас тут карьер глубиной 550 метров. Чего вы нас пугаете?» Я ей в ответ: «И что, что – карьер? Вам второй нужен?» – «Нет, не нужен». – «Вот и договорились». После чего распрощались.

Выступает Василий Московец, станция Дубровка-Челябинская

Выступает Василий Московец,
ст. Дубровка-Челябинская

Вскоре Камкина предложила встретиться с томинскими депутатами. Подумали, приехали, собрался совет депутатов Томинского сельского поселения. Я перед ними навытяжку. И в этот момент появляется Владимир Владимирович Николаев с председателем совета депутатов Полетаево Виктором Федоровичем Долей. И таким образом у нас получился совет депутатов объединенного юго-западного пригорода Челябинска. Полный состав совета депутатов Томино, Валерия Гришина – депутат Вознесенского поселения – и председатель совета депутатов Полетаевского поселения.

И мы стали выяснять, кто из них был на тех слушаниях в Томино, которые проводила РМК. Оказалось, часть томинцев была. Спрашиваю: «Что вам там говорили?» Одна женщина рассказала, что сразу заявила: она против. А Марина Николаевна Бывших, что раньше жила возле ГОКов, прекрасно представляет, что это такое: «Я сюда и переехала, чтобы нормально пожить, и тут опять ГОК!»

Открытое Заседание Совета депутатов поселка Томинский, 23.12.2013

Открытое Заседание
Совета депутатов пос. Томинский,
23.12.2013

А Николаев, человек очень горячий, буквально буром на томинцев: «А вы чего нас, полетаевцев, не спросили? Как у вас совести хватило?» Ну что тут делать? «Давайте какую-нибудь бумагу составлять – какой-то документ нужен». И так родился документ, о котором мы постоянно говорим, когда нам объясняют, что власть за ГОК. Но ведь ничего подобного, у нас есть разные ветви власти, разные уровни. И у нас есть решение совета депутатов Томинского сельского поселения, в котором они прямо говорят: «Публичные слушания от июня 2012 года нелегитимны». Они прошли без надлежащего извещения, даже самих томинцев из 1800 было всего 103 человека…» Это решение у нас опубликовано, это наш первый или второй документ…

Депутаты приняли такое решение, мы вышли на улицу, стоим с Николаевым и Виктором Федоровичем Долей, я спрашиваю у них, что думают сами полетаевцы? Доля говорит, что в следующую пятницу и.о. главы Полетаевского поселения Юрий Михайлович Бирюков собирает общественный актив всего поселения. И приглашает меня приехать, мол, «дадут тебе слово». Хорошо, в Полетаево всегда интересно съездить.

Приезжаем в Полетаево вдвоем с Валерией Гришиной, депутатом Вознесенского поселения. У меня уже была карта – мы распечатали самую первую схему с двумя хвостохранилищами. Доля нас встречает: «Сейчас мы обсудим свои вопросы, а потом тебя пригласим. А карту можешь пока вот сюда повесить…»

Он уходит, я вешаю эту карту, вдруг подходит женщина: «Что за дела?» – «Ничего. Карту вешаю». – «Что за карта такая?» – «Да вот, Томинский ГОК». – «Вы за ГОК приехали агитировать?!» – «Нет». – «Не нужен нам ГОК!» Я ее успокаиваю: «Да я сам против строительства и об этом буду говорить сейчас на активе, мне должны дать слово – я расскажу, вы не волнуйтесь». Она чуть успокоилась.

Я ее спрашиваю: «А что вы так возмутились?» – «Да я с Витаминного, у нас там бурят – это вообще невозможно. Я уже ко всем обращалась – реакции ноль…» – «А давайте познакомимся. Я Василий, а вас как зовут?» – «Вера Борисовна Веселовская». – «И что вы, кто вы?» – «Я сейчас пенсионерка. Была директором школы в Витаминном. Сейчас к нам внаглую приезжают буровики чуть ли не на картофельное поле – втыкают свою буровую, бурят – и потом заявляют: тут медное месторождение, и вы манатки собирайте».

Собрание жителей поселка Витаминный, 28.12.2013

Собрание жителей поселка Витаминный, 28.12.2013

Собрание в поселке Саргазы, 15.02.2014

Собрание в поселке Саргазы, 15.02.2014

И она мне рассказывает, что жители уже обращались даже к президенту России. Я выясняю, где это обращение, и понимаю, что люди-то уже начали как-то собираться в ячейки – пусть по два-три человека, но все-таки! Мы с ней обмениваемся телефонами, туда-сюда, пятое-десятое…

Вскоре меня пригласили выступить, хотя Юрию Михайловичу Бирюкову это не очень понравилось. После моего выступления он сказал, что пока еще ничего не решено… Кстати, в Полетаево совершенно другая ситуация. Даже удивительно. Полетаево, Саргазы и Вознесенка, Томино – просто небо и земля. Сравнивать невозможно. Полетаево и Саргазы – более развитые, продвинутые, и люди совершенно другие…

 

 

Нравится материал?
Помоги проекту «Бизнес и культура»!
Поддерживая сайт, вы помогаете нам оставаться независимыми.