Бизнес и Культура

О сознании

РАСПЕЧАТАТЬ СТАТЬЮ...
fon-sotsium-i-vlast-2

На площадке журнала «Социум и власть»
новый автор,
аспирант кафедры философии и культурологии ЧГПУ
Олег Скорюков,
который, следуя наставлениям
научного руководителя Сергея Борисова

см., например
«О роли и месте философствования в жизни современной интеллигенции»

решительно «пустился в процесс философствования,
чтобы расширить границы своего самосознания»…

otbivka-sotsium-i-vlast

Актуальность проблемы

Новые тенденции, появившиеся в философии и науке на рубеже XX-XXI веков рисуют нам не столько сюрреалистическую или импрессионистскую, сколько авангардистскую или конструктивистскую картину человеческой природы. Думаю, это связано с пересмотром проблемы сознания, а также глобальной перестройкой социальных, экономических, интеллектуальных и духовных аспектов жизни человека.

Если раньше в исследовании сознания можно было уверенно придерживаться четкого различия между «объективным» и «субъективным»; «внешним» и «внутренним»; «материальным» и «идеальным», то теперь установить такое различие становится все труднее и труднее.

Порядок есть в природе, но данный порядок, как считала наука в период своего зарождения, устанавливает божественный разум, который и пытается постичь человеческое сознание.

Оно отчетливо улавливается только тогда, когда «природа» рассматривается, как нечто противопоставленное сознанию, как хаос (беспорядок) – космосу (порядку). Переход от хаоса к космосу возможен только благодаря активной познавательной деятельности человека, в результате которой происходит «снятие» данной оппозиции в чистом мышлении.

Порядок есть в природе, но данный порядок, как считала наука в период своего зарождения, устанавливает божественный разум, который и пытается постичь человеческое сознание.

consciousness-1

Ученые Нового времени не могли себе представить, что через сто-двести лет вполне «земная» преобразовательная деятельность людей приведет к революционному переустройству природы, к существенной перестройке ее естественных (с их точки зрения – неизменных, божественных) процессов.

Сознание с точки зрения науки XVIII-XIX веков – это исключительно человеческая форма взаимодействия с действительностью и ее регуляция. Однако современное представление о сознании расширяет границы данного феномена, преодолевая его «человеческие» характеристики, лишая их своего уникального значения.

То есть можно смело постулировать наличие некого «сознания вообще», отражающего в своем идеальном плане гораздо большую «совокупность бытия», чем только его человеческое измерение. В системе этого гипотетического «сознания вообще» «человеческое» является лишь частной («естественной») формой его функционирования. Наука и техника научились расширять границы сознания за счет конструирования искусственных сред его обитания.

История проблемы

В истории учений о сознании в европейской философии до XVIII века сформировались две основные тенденции:

1. Редукционистская, сводящая сознание к материальным или социокультурным началам;
2. Субстанциалистская, рассматривающая сознание в многоуровневой иерархии: от Бога-Абсолюта до материи. В рамках этой тенденции можно выделить платоно-августиновскую традицию: душа – субстанция может существовать вне тела, и аристотелевско-томистскую традицию: душа есть форма тела.

Рене Декарт
Готфрид Лейбниц

Философия сознания Нового времени осуществляет поворот от традиционной (внешней) иерархии уровней сознания к исследованию их внутренней иерархии. В понимании сознания главной проблемой становится самосознание, которое по Рене Декарту (1596-1650) характеризует его целиком, а по Готфриду Лейбницу (1646-1716) – лишь его малую часть (апперцепции).

Джон ЛоккКлассическое понимание такой специфики сознания связано с теорией Джона Локка (1632-1704) о двух формах опыта: «внешнем» (базирующимся на ощущениях) и «внутреннем» (рефлексии). Эта рефлексия, согласно Локку, и является сознанием.

До развития эмпирических наук в философии сознания наибольший вес имели субстанциалистские («идеалистические») системы, широкий спектр которых простирался от отрицания существование физической реальности вообще (Дж. Беркли) до ее полного преодоления («снятия») в абсолютном самосознании (Г. Гегель).

Многие философские учения признавали независимый статус ментального и физического («души и тела»), хотя при этом утверждали, что, несмотря на различие их природ, они способны к взаимодействию.

Однако некоторые философы отрицали возможность такого прямого взаимодействия, они полагали, что должна существовать третья сущность – Бог, Абсолют: либо как безличная основа физического и ментального (Б. Спиноза), либо как непосредственный участник в каждом конкретном событии (Р. Декарт), либо как учредитель «предустановленной гармонии» (Г. Лейбниц). Иммануил Кант

В критической философии Иммануила Канта (1724-1804) объективность опыта и единство сознания обеспечивает уже не индивидуальное самосознание, а самосознание трансцендентального субъекта (трансцендентальное единство апперцепции).

На рубеже XIX-XX веков исследование проблемы сознания привело к четкому пониманию феноменологических оснований любой картины мира (яркий пример – учение о сознании Э. Гуссерля). Главным признаком сознания является интенциональность: направленность на определенный предмет, объект. Этим признаком обладают все виды сознания – от эмоций до мыслей.

В современной философии сознания доминирует редукционистская тенденция, согласно которой сознание производно от активности тела, головного мозга, социокультурного бытия, символической или языковой реальности вплоть до физического мира в целом (физикализм).

В современной философии сознания доминирует редукционистская тенденция, согласно которой сознание производно от активности тела, головного мозга, социокультурного бытия, символической или языковой реальности вплоть до физического мира в целом (физикализм).

Начиная с ХVIII века материалистические концепции, вооружившись данными экспериментальной науки, пытаются доказать, что сознание является продуктом головного мозга, а физическое порождает ментальное. Проблема взаимодействия субстанций снимается за счет постулирования только одной субстанции – материи.

До середины ХХ века проблема сознания в рамках этой тенденции представлялась относительно простой: неопозитивисты (Б. Рассел, Л. Витгенштейн, Р. Карнап, М. Шлик, К. Гемпель и др.) подвергли жесткой критике прежние концепции сознания как источник философских «псевдопроблем».

Для исследования проблемы сознания была предложена особая стратегия, а именно: «теоретическая редукция психологии к физике». Не «вульгарная» редукция ментального к физиологии (как в механистическом материализме), а выявление сознания на основе «перевода» (трансляции) психологических высказываний в высказывания о наблюдаемых фактах поведения.

У истоков этой традиции стоял бихевиоризм (яркий пример – Б. Скиннер), с позиции которого интеллектуальные акты можно объяснить не в психологических терминах, а на основе описания поведения. Сознание – это система операций, для описания которых достаточно внешне фиксируемых фактов поведения.

Людвиг Витгенштейн
Гилберт Райл

Людвиг Витгенштейн (1889-1951) и Гилберт Райл (1900-1976) предложили стратегию «объективизации» сознания через анализ естественного языка. Проблема сознания «решалась» не путем редукции к чему-то материальному (нейрофизиологии), а только путем «расшифровки» работы языка, его разнообразных «игр», на которых базируется поведение людей. Согласно утверждению Р. Рорти, сознание – это «дело лингвистическое».

Трудность проблемы

Трудности в постановке и исследовании проблемы сознания связаны, во-первых, с многозначностью понятия «сознание» и, во-вторых, с невозможностью изучения «собственно сознания», поскольку для исследования открыты только его разнообразные функции или объективации. Например, нельзя дать описание «птицы вообще», но можно описать голубя, ворону, синицу и т.д., исходя из тех или иных «птичьих особенностей» этих существ. Именно поэтому Э. Кассирер сравнивал сознание с мифическим Протеем.

Главной особенностью сознания является способность различать предметы и явления в том или ином контексте значений. Значения всех предметов и явлений уже предзаданы, поэтому не сознание наделяет их значением, но они становится значимыми для сознания в том или ином контексте. Способность различать есть способность направлять внимание, а также способность предвидеть и прогнозировать будущий опыт (контекст).

Значения предметов и явлений можно определить как информацию. Информация не существует сама по себе, она находит воплощение в материальных объектах, ее носителях. Когда одна материальная система фиксирует воздействие на нее другой материальной системы, это означает, что система приобрела некую потенциальную информацию.

Перевод потенциальной информации в актуальную происходит тогда, когда материальная система, зафиксировавшая воздействие, изменила характер своего поведения в связи с этим воздействием. Данное правило универсально, оно распространяется как на естественные, так и на искусственные объекты.

Таким образом, любые материальные системы способны сохранять и передавать информацию. В ходе естественной эволюции в живой природе возникают, по сути, очень сложные по строению информационные системы, но в наше время в связи с развитием науки и техники они могут искусственно создаваться человеком.

«Естественное» и «искусственное» в сознании

Благодаря научно-техническим достижениям ХХ века мир оказался переполнен искусственными объектами (артефактами), которые практически повсеместно подменили собой естественные объекты. Однако если для естественных объектов характерно, что их существование совершенно не зависит от целенаправленной человеческой деятельности, то существование искусственных объектов напрямую зависит от этого.

Новые научные технологии, по сути, целиком погружены в мир артефактов, подменяющий собой «природу». Изучение сознания стало теперь немыслимо без аналогий с искусственными объектами (яркий пример – сравнение сознания с компьютерной программой).

Что касается сознания, то постепенно стирается грань между «естественным» и «искусственным» в понимании его природы. Если раньше считалось, что «искусственное» привносится в «естественное» с целью неких временных косметических преобразований, не затрагивая его фундаментальных основ, то теперь мир «второй природы» повсеместно занимает базовые позиции.

Новые научные технологии, по сути, целиком погружены в мир артефактов, подменяющий собой «природу». Изучение сознания стало теперь немыслимо без аналогий с искусственными объектами (яркий пример – сравнение сознания с компьютерной программой).
Хилари Патнем
Согласно Хилари Патнэму (1926 г.р.), свойства сознания нельзя отнести ни к материальному, ни к идеальному. Это «нейтральные функциональные состояния, наподобие логических операций компьютера». Разные системы с совершенно разными физическими характеристиками могут выполнять функции сознания.

Представим, что появилась новая модель компьютера с огромным объемом памяти, способного выполнять огромное количество логических операций. Этот компьютер «хитроумно» запрограммирован и у него огромная база данных.

Можно ли утверждать, что этот компьютер может стать носителем сознания? Скорее всего – да. Обладает ли он сам самосознанием, эмоциями, чувствами, то есть всем тем, что можно отнести к человеческому сознанию? Конечно же – нет.

Если операционная система будет давать ответы на поставленные вопросы, схожие с человеческими ответами, мы, конечно же, не можем утверждать, что компьютер обладает сознанием «человеческого типа», просто и он, и человеческий организм являются разными «процессорами», обеспечивающими функцию сознания.

В этих вопросах многие исследователи совершают логическую ошибку подмены понятия, отождествляя разные значения понятия «иметь» («обладать»). Например, слово «иметь» меняет значения в контексте суждений «я имею деньги» или «я имею руки». То же самое можно отнести к суждению «компьютер (или человек) обладает сознанием».

В обыденном представлении принято считать, что сознание – это специфически человеческое свойство. Поэтому суждение «компьютер обладает сознанием» автоматически отсылает к неоправданному допущению, что компьютер якобы должен обладать какими-то человеческими свойствами или свойствами «человеческого сознания».

проблема в том, что «естественный интеллект» вовсе не работает как программа. Если я высказываю суждение «она прекрасна как цветок», это вовсе не означает, что для того, чтобы лучше понять ее, я должен изучать ботанику.

Сравнение сознания с компьютерной программой приводит к возникновению ошибочной гипотезы, строящейся на еще одной логической подмене: что особенностью головного мозга, служащего «естественным» проводником сознания, является именно его вычислительная природа. Десятки миллиардов нейронов головного мозга способны реализовывать сложнейшие биологические и культурные алгоритмы. Компьютерная программа также предполагает реализацию алгоритмов формальной обработки символов.

Однако проблема в том, что «естественный интеллект» вовсе не работает как программа. Если я высказываю суждение «она прекрасна как цветок», это вовсе не означает, что для того, чтобы лучше понять ее, я должен изучать ботанику. Такая же логическая подмена кроется в гипотезе о «вычислительной природе сознания».
 

 

 

Нравится материал?
Помоги проекту «Бизнес и культура»!
Поддерживая сайт, вы помогаете нам оставаться независимыми.