Бизнес и Культура

«Пакт Моисея»

Должно быть, нет ничего прочнее в подлунном мире, нежели основательный качественный текст. Прошло более двух лет с публикации в бк1 (и других СМИ) знаковой статьи известного политолога Александра Подопригоры, в которой были сформулированы «очередные задачи постсоветской власти», а актуальность предложенного «Пакта Моисея» еще более возросла. Именно поэтому мы без малейших купюр повторяем журнальную версию этой работы на сайте, уповая на то, что хотя бы отдельные ее тезисы найдут-таки должный отклик не столько у коллег-политологов, сколько у реальных политиков и функционеров…

«ПАКТ МОИСЕЯ»

Очередные задачи постсоветской власти
на период до 2017-го года

от Александра Подопригоры

 
 

Политику модернизации России можно было бы считать обреченной, если бы речь шла о реальном процессе, а не о пиар-фантоме, призванном маркировать одного из участников «тандема» как выразителя чаяний либерально настроенной, социально активной части общества.

При этом предстоящий нам системный кризис с перспективой разрушения уже не морали, а бытовых основ жизни населения, никто не отменял. В стране налицо смертельная апатия масс в опасном сочетании со смятением элит: и те, и другие остро чувствуют, что более «так жить нельзя» и формируют мощный запрос на перемены.

Он носит пока отрицательный характер: элиты знают, что перемены произойдут, но страшатся их, так как не хотят рисковать «нажитым непосильным трудом» и, возможно, свободой. Это ускоряет эмиграцию капиталов и утечку мозгов, окончательно обескровливая будущее страны (1,25 млн. человек покинуло Россию за последние три года; чистый вывоз капитала из РФ частным сектором с середины 2008-го по середину 2011-го превысил $270 млрд. и продолжает расти).

Основная – бедная – часть населения клянет коррупцию и безнадегу, но тоже боится перемен, так как опасается потерять через них последнюю рубаху. Бедняки и олигархи обеспечивают поддержку архаической политической системе потому, что больше им надеяться не на что: конкурентное общество убьет их.

Это поддержка слабая и ненадежная, но она душит сейчас ростки альтернативных сценариев: настоящих «групп поддержки» модернизации в обществе все еще нет. Повсюду ощущение тупика, безысходности. У всех без исключения социальных групп напрочь отсутствует образ желаемого будущего внутри страны. Это наращивает негативный потенциал предстоящего кризиса, гарантированно превращая его в обвал. Оппозиция всячески приближает этот обвал, видя в нем единственный шанс перемен и мысля по принципу «чем хуже, тем лучше».

По сути, все политические силы работают сейчас на развал и опустошение. Ни власть, ни оппозиция не предлагают ответственной, правдивой и позитивной повестки. Новые лидеры общества укрепляются вне существующей политической системы, что доказывает ее обреченность. Без жесткого кризиса она не изменится, но кризис может похоронить ее вместе со страной. Как говорят компьютерщики, «программа зависла».
pakt-moiseya-1
Оттого первая задача сейчас – предложить, наконец, адекватную политическую идеологию трансформации общества, которая, как это ни странно звучит, устроит всех. Объяснить, что ждет страну и почему нужны именно эти, а не иные действия. Каким мы видим желаемое будущее и настоящие, а не предвыборные цели. Остро востребован новый договор (пакт) между обществом и властью, который сменит исчерпавшую себя липовую сделку «нулевых»: «политические свободы в обмен на потребительскую стабильность». Не получилось сменить то, чего не имел народ, на то, чего не было у власти.

Только на основе нового договора предстоящий кризис станет не сигналом к мародерству и бегству, а ключевым этапом российского транзита – трансформирующего перехода РФ в новое качество общества и власти.
 

Кризис как проект

 
Суть политического момента и потребность в идеологии нового договора определяются честной констатацией двух фактов.

Первый заключается в том, что реформировать нынешнюю политическую и социально-экономическую конструкцию РФ невозможно. Но и работать она тоже уже не может. Ее обрушение идет сейчас «по краям» – в виде техногенных аварий, сокращения населения и ухудшения его здоровья, терактов и криминализации бизнеса, утраты технических и культурных компетенций, росте центробежных настроений. Элиты, потерявшие доверие и эффективность, не могут ни измениться, ни уйти. Общество не видит тех, кто готов их сменить и не готово действовать самостоятельно.

Поэтому единственная актуальная политическая повестка состоит сейчас в том, чтобы превратить неизбежный кризис обрушения в кризис трансформации. Сделать по-настоящему проектным вхождение и выход из него.

Реальный шанс и рабочий скрипт у такой повестки есть. Они в том, чтобы пройти этот кризис, максимально сохранив и, по возможности, расширив уровень благосостояния (потребления) населения, изменив его социальную структуру в пользу среднего класса. Это возможно, как это ни парадоксально. И это выгодно как власти, так и оппозиции, а также всем самодеятельным элементам общества: бизнесу, НПО, интеллектуалам, домохозяйствам – все они достигают здесь своих целей.
pakt-moiseya-2
Сосредоточение общества на задаче роста взламывает режим эффективнее любой революции. Задача абсолютно решаема именно потому, что она понятна обществу, способна его объединить и, главное, рождает в ходе реализации непобедимых агентов. Но ее решение предполагает размораживание последних резервов России – политической (в тесной связке с федеративной) реформы и реального стратегического партнерства с Западом.

Вторая важнейшая констатация и предпосылка транзита РФ заключается в том, что без внешних ресурсов этот трансформационный транзит России не совершить. Только превращение России в стройплощадку, привлекающую огромную массу западного капитала и технологий, способно обеспечить ресурсами этот беспрецедентный проект, стимулировав одновременно новый мировой рост, в котором остро нуждаются страны «золотого миллиарда».

Упустить уникальный шанс совместить кризисную трансформацию с инсталляцией общественного и государственного устройства можно лишь по причине косности и эгоизма, ставших «печатью» большей части правящих элит России. Для них осмысленное и честное участие в транзитном проекте – шанс личной и исторической реабилитации.

Но дело не только в элитах. Следует понимать масштаб проблемы. Ситуация гораздо хуже, нежели противостояние «плохих» элит и «хорошего» общества. Наша элита адекватна обществу, в котором на эмоциональном и интеллектуальном плане господствует один скудный мотив: «срубить бабла». «Доброго и честного народа», которого сегодня правдами и неправдами не пускают к власти жулики и воры, на самом деле не существует. Его только предстоит создать, грамотно и ответственно трансформируя общество.

Общество и власть должны начать с признания того факта, что они прошли лишь малую часть пути по пустыне после бегства из фараонова рабства. И принять взаимные обязательства, позволяющие выжить перед лицом надвигающихся бурь, выйдя из них обновленными. Объединенный желанием добраться до земли Обетованной, признанием правил и направления пути, народ получает свой шанс.
 

«Дедлайн-2017»

 
Выделим только самые крупные факторы, которые делают всеобъемлющий кризис в России неизбежным.

Это органическая неспособность к эффективному развитию экономики, обусловленная ее исключительно сырьевым характером (обслуживание группы развитых экономик, полная зависимость от их рынков) и монополизмом (сращиванием крупного бизнеса с властью), подавлением конкуренции и коррупционной затратностью, которые делают ее продукты заведомо неконкурентоспособными. Беспрецедентный рост импорта, замещающего остатки отечественных товаров – в первом полугодии 2011 г. порядка 45% по сравнению с тем же периодом прошлого года – иллюстрирует эту тенденцию и грозит неизбежной девальвацией: в первом полугодии 2008-го российский импорт стоил $136 млрд., а за первые 6 месяцев 2011-го – $148 млрд.

Такая сверхзатратная экономика может существовать лишь в условиях переизбытка ресурсов (в данном случае – высоких и постоянно растущих цен на нефть), но уже не может развиваться без притока современных технологий их добычи. Сама она эти технологии произвести не способна (за последние пять лет глубина нефтепереработки в РФ снизилась и находится на уровне 71% против 95% в развитых странах, сокращаются программы модернизации нефтеперегонных заводов). Поэтому временные рамки жизни этой экономики четко просматриваются уже сейчас.

Это органическая невозможность формирования конкурентных экономики и общества в условиях неправовой судебной системы и неспособности реформировать последнюю на современных принципах в условиях архаического политического режима «вертикали власти».

Это органическая невозможность эффективного управления страной и регионами в рамках псевдофедеративной модели, основу которой на деле составляет имитационный унитарно-авторитарный режим.
pakt-moiseya-4
Политический режим неподвижен, замкнут, лишен «социальных лифтов» и мотиваций к глубокой реформе как «сверху» (она не нужна ни власти, ни сращенному с ней бизнесу), так и «снизу» (пользуется пассивной поддержкой депрессивного населения – до 80% жителей страны, которые живут в малых городах и селах, не могут эмигрировать, мало способны к самодеятельности и склонны к ожиданиям социальных подачек).

Поэтому точка и механизмы коллапса режима понятны: по причине внутренней слабости в сочетании с имманентной неспособностью к саморазвитию и стимулированию роста экономики, он неизбежно распадется из-за внешнего толчка в течение максимум пяти лет (до сакрального 2017 года).

Этот внешний толчок проявится сопряжением в одной временной точке нескольких главных векторов Большого российского кризиса (скорее всего, оно будет спровоцировано не очень значительными для глобального сообщества потрясениями в рамках мировых финансовых рынков – там ведь параллельно идет свой процесс трансформации):

резким изменением конъюнктуры мировых рынков сырья, что вызовет новый отток капитала, лишит бюджет РФ доходов, приведет к девальвации рубля и сделает невозможным исполнение социальных обязательств на прежнем уровне (результат – исчезновение импорта, составляющее основу потребительской стабильности РФ, долговой кризис, увеличение доли платных услуг и цен на них, резкое падение доходов и маргинализация большей части населения);
достижением физического предела эксплуатации месторождений нефти и газа российскими компаниями при деградирующем технологическом уровне добычи и переработки, исчерпанием возможности увеличения и даже сохранения уровня добычи без западных инвестиций и технологий; это же относится к общей деградации инфраструктуры страны, «донашивающей» остатки советского потенциала;
ускорением реальной децентрализации РФ и центробежных тенденций, вызванных кризисом управления;
быстрым нарастанием кризиса доверия в российском обществе, осознанием широкими массами населения нелегитимности власти «жуликов и воров», нечестности выборов, коррумпированности властей всех уровней; этот процесс мощно стимулируется информационной революцией.

Когда эти четыре вектора сойдутся в одной точке, коллапс перейдет в острую политическую фазу.

«Дедлайн» у нас знаменательный — 2017-й год, столетие Октябрьской революции. До этой даты у страны может хватить нынешних ресурсов при благоприятном развитии ситуации в мире.
 

Себестоимость демократии

 
Вопрос о стейкхолдерах (агентах, выгодоприобретателях) российской трансформации является ключевым.

Правящие элиты, создавшие авторитарный режим, не хотят отдавать даже части своих полномочий, справедливо видя в децентрализации начало утраты власти и доминирования. Контрэлиты жаждут громкого провала партии власти, а не стабилизации и роста. Инертный социум все еще боится власти и ждет от нее новых подачек, но уже презирает ее за продажность и беспринципность и не станет ее защищать в случае внезапного ослабления (как это было в 1991 году).

Где тут место для новых договоров, пактов, общих интересов, доверия, терпимости и совместной работы?

Оно есть, простое и понятное. Особое место в нашей конструкции занимает тезис о необходимости и возможности сохранения и роста уровня потребления населения в кризисный переходный период демократической трансформации. Этот, парадоксальный на первый взгляд (и банальный – на второй), пункт на самом деле является ключевым для всей конструкции Пакта, его социальной философии и политической идеологии.

Рост экономики эффективно работает на коренную трансформацию общества и самого переходного режима, который при этом убежден, что укрепляет себя и продлевает свои дни. В этом парадоксе – нужный нам политический ключ к «открытию» ситуации в позитивном направлении.

Экономическая стабильность (даже такая условная, как сейчас) благоприятствует росту среднего класса и каждодневной индивидуальной интеграции множества россиян в европейское институциональное пространство (начиная с туризма, work&travel, личных контактов, бизнеса и лечения, заканчивая Страсбургским судом и международной финансовой системой, в которую давно интегрирована РФ). Это постепенно, но необратимо меняет социальную структуру общества и его политические ориентации.
pakt-moiseya-6
В результате уже внутри страны растет спрос на институциональные перемены, формируется реальная, консолидированная не на сугубо политических требованиях (вроде отставки «кровавого режима»), а на настойчивом продвижении жизненно важных для среднего класса реформ (независимый суд, свобода конкуренции, честные выборы и т.д.), коалиция граждан. Это, в свою очередь, усиливает позиции системных либеральных политических сил в парламенте и правительстве, вовлекает в процессы трансформации инертное большинство населения и консерваторов во власти. Видя именно такой вектор перемен в общественной структуре и настроениях, правящая элита перестает бояться и открывается для неизбежных реформ.

Социолог «Левада-Центра» Лев Гудков обосновано полагает, что возможность изменений открывается лишь с накоплением некоторого социального и культурного капитала в новых поколениях. Для этого их уровень жизни должен существенно повыситься, достигнув, наконец, такой черты, за которой страх перед нищетой и угрозой возвращения к аскетизму советского дефицитного распределения перестанет играть роль ценностного регулятора.

Именно «новые русские-2», активно формирующийся средний класс РФ, становятся в обозримой перспективе «стейкхолдерами модернизации». Но им нужно время, чтобы набрать силу.

Само по себе улучшение экономических условий не приблизит российское общество к изменению политического строя в сторону большей демократии и интенсивного роста. Но именно это формирует решительный запрос общества на быструю эволюцию к демократическим формам власти. Ведь при достижении ВВП на душу населения в $10000 демократия становится бессмертной – к такому выводу пришли эксперты компании «Ренессанс капитал», изучив историю 150 стран. А уровень благосостояния в РФ уже превысил $14 000 – сейчас это богатая страна со слабой демократией. Однако это дает хороший шанс ее роста и укрепления.

Однако почему мы так уверенно говорим о запросе именно на демократические формы власти? Не иллюзии ли это, учитывая особенности исторического бэкграунда России и менталитета ее населения?
 

«Стейкхолдеры» модернизации

 
На самом деле для живущих здесь очевидно, что Россия является «богатой страной» по чисто формальным признакам (показатель ВВП на душу населения). А при осознании того важного факта, что эту хорошую «среднюю температуру по больнице» очень недавно и определенно временно обеспечивают лишь амбиции спекулянтов нефтяными фьючерсами, станет ясно, что на самом деле Россия – все еще бедная страна, лишь подходящая к тому уровню обеспеченности населения, при котором возможна постановка вопроса о демократической трансформации общества.

В случае роста ВВП темпами 4% в год численность среднего класса к началу 2020 годов достигнет 40% населения страны. Рост среднего класса ускорится благодаря тому, что в наиболее продуктивный возраст (30-40 лет) войдет многочисленное поколение детей, родившихся в 1980-х. Оно вступит в расцвет профессиональной деятельности в период, когда обострится дефицит на рынке труда. Его доходы будут расти быстрее, чем у других поколений. Эти люди будут быстро пополнять ряды среднего класса европейского типа.

Для российского среднего класса уже сейчас характерен специфический противоречивый набор ценностей, отличающий его от других социальных групп. Он включает спрос на правовое государство, неприятие коррупции, недоверие к властям, сочувствие нуждающимся, европейскую ориентацию и умеренный патриотизм.

Вместе с тем существующая партийная система плохо приспособлена к тому, чтобы осваивать этот растущий электоральный сегмент. Он остается стремительно расширяющейся нишей, создающей политический вакуум. Поэтому новый русский средний класс уже становится заказчиком новой русской политики. Не случайно, его наиболее яркие представители (Навальный, Ройзман, Чирикова и некоторые другие) состоялись и работают вне рамок нынешней политической конструкции. Они сами создают себе другую, и пока она поднимается рядом со старыми декорациями Жириновского и Грызлова.
 

Ключевые альтернативы

 
Все это значит: ожидания того, что российское общество «созревает» для предъявления осознанного спроса на правовое, демократическое и федеративное устройство страны, небеспочвенны.

Особенно важно то, что любой иной сценарий по-настоящему невыгоден ни власти, ни оппозиции, ни обществу в целом.

Потому что в случае резкого неконтролируемого ухудшения социально-экономической ситуации и обрушения политического режима, к власти придет не демократическая оппозиция. Она не пользуется поддержкой того самого большинства, за доступ которого к честным выборам ратует – им будет востребован новый вождь-популист и новый передел в целях «восстановления справедливости».

К управлению страной с огромной долей вероятности придут маргиналы из третьего эшелона нынешней власти в союзе с открытым криминалом, вооруженные популизмом и национализмом в качестве идеологии (появление на политической сцене Ивана Охлобыстина – первый симптом этого процесса). При этом не поздоровится ни свергнутым элитам (маргиналы должны будут предъявить жаждущей крови публике врага в клетке по образцу Мубарака), ни демократам (они будут публично заклеймены агентами Запада). Оба эти жеста обеспечат популистам временную, но мощную поддержку внутри страны (и изоляцию в мире), после чего обрушение системы произойдет уже бесповоротно. Страна погрузится в хаос и на повестку дня станет ее оккупация международными силами (по факту – НАТО) с целью обеспечения безопасности ядерного оружия и промышленности, а также нефтяных и газовых месторождений.

Это будет концом России как государства. В стране нет ни одной ответственной политической силы, реально заинтересованной в таком сценарии, но он может сбыться по причине эгоизма элит и инертности общества.
pakt-moiseya-5
Именно здесь возникает идея символического «пакта Моисея». Задача, которую предстоит решить, вполне эпична – провести страну сквозь кризис совместными усилиями правящих и оппонирующих элит таким образом, чтобы «новый средний класс» – социальная база и стейкхолдер демократического транзита, не был вновь отброшен на помойку, а ход событий и растущая масса депрессивного населения не востребовали очередного диктатора.

Нужно дать стране эти «сорок лет», за которые в обществе произойдут необратимые изменения. Ведь демократия и федерация – на самом деле не свод законов, которые можно завтра принять и завтра же начать жить по-новому. Это критическая масса живых людей, для которых такие ценности, как свобода, собственность, личные и гражданские права являются единственно возможным образом жизни. Его они готовы защищать с оружием в руках. Если таких людей нет или их мало, законы ничего не изменят.

Обеспечить интересы правящих элит в процессе поэтапного транзита власти и сформировать политическое представительство «нового среднего класса» России, которому эта власть может перейти, не нарушив при этом финансово-экономической определенности в стране, и есть главные задачи, стоящие сейчас перед российским политическим классом. Эти задачи призван решить предлагаемый пакт.

Речь, по сути, идет о том, чтобы начать активно и сознательно формировать благоприятную среду, а не события, ход которых вне нашей власти.
 

Оправдание элит

 
У новых договоренностей властных элит и общества есть простая и понятная основа – чувство самосохранения и здоровый социальный эгоизм, выраженный в желании сохранить достигнутый уровень потребления и жизненной определенности.

Правящим элитам «согласие на транзит» обеспечит легитимацию их роли и капиталов в мире вкупе с гарантиями безопасности; контрэлитам – возможность «по кусочкам откусывать власть», доказывая делами свою состоятельность и ответственность.

А миллионы обывателей (в хорошем смысле этого термина) получат возможность и дальше кредитоваться под низкий процент на покупку «Логана» и трехкомнатной квартиры. Больше того, существует механизм участия населения в будущих доходах от экономического роста в стране – эти механизмы тоже должны быть задействованы как часть залога политической стабильности в ходе транзита.

Контрэлиты в регионах получают реальный шанс завоевать на первом этапе депутатский мандат и кресло вице-мэра провинциальной столицы. У оппозиции появляется то, чего ей всегда катастрофически не хватало: позитивная повестка, шанс избежать маргинализации и прийти к власти в стране, которая до того не станет пепелищем.

Это не означает снижения требовательности к правительству сейчас. Напротив, в отсутствие влиятельной и авторитетной политической оппозиции именно независимые интеллектуалы и СМИ, экспертное сообщество и неправительственные организации (далее – обновленные профсоюзы) обязаны задавать жесткие рамки эгоистичным действиям властей, все еще лишенных контроля со стороны избирателей. Все это, вместе взятое, возвращает в страну политическую жизнь, дает ей настоящие смысл и содержание.
 

Залог успеха

 
Это же дает возможность «заложить», условно говоря, пакт на Западе, получив средства (технологии и инвестиции) и гарантии потребительской стабильности на кризисный период.

При этом речь идет, разумеется, не о «продаже Родины» (что важно для наших политиков всех мастей и чем они успешно занимаются под патриотический шумок не первое десятилетие), а о том, чтобы сделать Россию органической частью Запада. Интеграция РФ и поддержка ее экономики в ходе транзита, станет своеобразной платой глобального мира за те возможности глубокой реформы мировой финансово-экономической системы, которую предоставит ему Россия.

Если для последней деньги и технологии Запада – необходимый ресурс модернизации, то для Запада прямой доступ к ресурсам Сибири и Арктики и вовлечение их в экономический оборот, обещает новый импульс деловой активности и обеспечение огромной массы выпущенных денег реальными активами. Этот проект одновременно «лечит» и трансформирует финансово-экономическую систему глобального мира и политическую систему России.
 

Судьба пророка

 
Можно сразу принять замечание о том, что нынешним российским лидерам не по росту платье пророков. Однако, как не без оснований предположил еще З. Фрейд, «этот человек Моисей» не был на самом деле ни пророком, ни даже евреем (скорее всего – высокопоставленным египетским чиновником, возможно даже председателем фараоновой СБ). Был он характера небезупречного, часто гневил Бога и даже поначалу разбил скрижали Его Завета (не исключено, что о головы своих жестоковыйных и склонных к искушениям соплеменников). У Господа нет школ для пророков, есть только судьба.

Интересно, однако, чем кончил Моисей? По Фрейду, его убили те, кого он вывел из песков (судьба президента Мубарака демонстрирует, что за три последних тысячелетия нравы вокруг Синая мало изменились – либо подтверждает вечность сюжета). Они ощутили себя совсем другими людьми после долгого «хождения по пустыне».

Элиты часто с презрением отмечают, что народы не меняются к лучшему после освобождения. Скорее, наоборот: вольный раб куда хуже раба в ошейнике. Но вожди не способны видеть, что происходит с освобожденными людьми через «сорок лет» (срок, кстати, почти мистический – см. правления Салазара, Франко, Мубарака, Бен Али, Салеха – начиная от Ирода Великого). Настает черед, уходят поколения «поротых» и народ меняется в одночасье. Даже если мумии еще лежат в саркофагах, живых вождей он больше не терпит.
pakt-moiseya-3
И это не мрачное пророчество. Тем более, что каноническая версия Второзакония гуманнее к вождю: Яхве просто не пустил Моисея в Землю Обетованную, лишь показав ему ее издалека. Моисей умер на ее пороге. Однако, как верно заметил Х. Борхес, в мифологии и литературе существует лишь несколько сюжетов, и не следует пренебрегать изучением каждого.

 

Рисунки: Поль Гюстав Доре
Иллюстрации: Алексей Луканенков

 
 
 

Понравился материал?
Помоги сайту!
Яндекс-кошелек  
Яндекс-кошелек: 41001701513390
WebMoney  
WebMoney: R182350152197
Читайте нас в Telegram


Присоединяйтесь к нам в Telegram