Бизнес и Культура

«Радуги над Чернобылем»

РАСПЕЧАТАТЬ СТАТЬЮ...  Текст  

В 2016 году исполнилось тридцать лет со дня крупнейшей катастрофы в истории мировой атомной энергетики — аварии на четвертом энергоблоке Чернобыльской атомной электростанции. Жители Челябинской области — более пяти с половиной тысячи человек — принимали участие в ликвидации ее последствий.

Накануне годовщины трагедии Челябинский краеведческий музей представил экспозицию «Радуги над Чернобылем». На выставке были представлены предметы и личные вещи ликвидаторов: костюмы химзащиты, дозиметры, документы, личные фотографии с мест событий.

chernobyl-2

В создании экспозиции большое участие принял челябинский историк, краевед, писатель Владимир Боже, который в 1986 году сам участвовал в ликвидации последствий аварии.

Чернобыль

    Я рад присутствовать на выставке, которая на моей памяти впервые рассказывает в городе Челябинске о событиях, которые произошли почти 30 лет назад. Вот тем и живем – крутимся, вертимся в своих задачах и проблемах. И редко думаем о том времени, которое выпадает нам. Многие из нас большую часть жизни прожили в ХХ веке. Этот век отличался от веков XVIII-XIX и всех прочих. Чем же? Не только тем, что тогда рождались великие ученые, писатели, художники или делались какие-то научные открытия. А тем, что фактически именно в ХХ веке человек вдруг получил такую силу, которая стала оказывать воздействие на всю Землю в целом.

И не сразу человек осознал, что у него в руках появилась такая сила. Ну вот, допустим, американцы сбросили две бомбы – и не стало двух городов. Казалось бы – оружие и оружие, только более мощное, чем обычное…

Но вот в конце апреля 1986 года во время работы на станции люди что-то сделали не так. Произошли взрывы. И вдруг выяснилось, что степень воздействия их на окружающий мир такая, с какой раньше человечество не встречалось.
 

chernobyl-3

 
Когда мы были в Чернобыле, к нам приезжали ребята, которые занимались в институтах, изучающих радиацию. Они зафиксировали, что повышение уровня радиационного фона после аварии на ЧАЭС было отмечено даже в Канаде. Представьте себе! Беларусь, Гомельская область, Киевская, немножко Россия – и Канада… Фактически произошло событие, которое показало, что ошибка человека может нанести ущерб Земле в целом. И мы были его современниками.

Мне так подфартило, что я оказался в числе ликвидаторов первой волны – и в зале присутствуют те, кто в мае выехал в район 30 км. зоны в Гомельскую область, и которые практически начинали осуществлять работы по дезактивации зараженных районов.

Вообще, надо сказать, что приехали мы почти в чистое поле, в полесье. Много деревьев. И никаких условий, чтобы просто жить. Поэтому первое, с чем мы соприкоснулись: надо было рубить деревья и ставить лагерь.

Когда мы сегодня говорим о ликвидации аварии на ЧАЭС, чаще всего вспоминаем людей, которые работали на самой станции; а в работе тех людей, кто находился в 30 км. зоне, и которые назывались ликвидаторами – может быть, на первый взгляд ничего героического не было. Вот ты встал утром рано, сходил на завтрак – и поехал. Тебе три двора надо обработать – копаешь землю, снимаешь часть земли, выносишь ее. Осуществляешь тяжелую физическую работу. И так вплоть до самого вечера. Приехал – ужин. Хочешь – смотришь кино, хочешь – идешь спать. В шесть часов снова подъем. Такая работа.
 

chernobyl-4

 
Сегодня начинают полемизировать и дискутировать: а вообще насколько результативна была деятельность ликвидаторов, которые оказались там в зоне ликвидации аварии на ЧАЭС. Что, дескать, недостаточно было одного такого действия: вот обработал ты село – и уровни там сразу же упали – и никогда там ничего больше не подымется. Но я хочу сказать, что когда мы туда прибыли – в очень многих селах продолжали жить люди. И их не отпускали. Кого-то – потому, что коммунизм. Кого-то – потому, что он отдал свою корову, которая поела травки радиоактивной, и ему пообещали деньги за нее. Потому, что вроде бы может как бы сложиться паника. А надо показать, что мы очень храбрые и смелые.

Я хочу сказать, что работа в тот период – была на 100% оправдана, потому, что тогда реально снижались уровни до тех степеней, когда человек реально мог получить там шансы на дальнейшую жизнь.

Вообще, надо сказать, что первый набор ликвидаторов аварии фактически был использован на полную катушку. Мы отработали пять с небольшим месяцев в 30 км. зоне, а напоследок побывали на самой станции.
 

chernobyl-5

 
Мысли такие появились… О том, что мы тогда оказались не готовы к такого рода аварии. Вроде бы у нас были химические войска, вроде у нас были ученые, которые предполагали, что возможны такие аварии. А когда мы там оказались – выяснилось, что у нас нет нормальных респираторов. К нам приезжали люди, выдавали пачки бумаг, в которых мы записывали мнения по поводу того, какой респиратор лучше, что там хорошо, что плохо и так далее.

Мы оказались не готовы с точки зрения техники. Думали все, что кто-то бросит бомбу – и будут очень большие уровни. А выяснилось, что и бомбу никто не бросил, и уровни ниже, чем от бомбы – но, тем не менее, высокие. Выяснилось, что те дозиметры, которые имеются – очень-очень слабенькие. И реальную картину могут показать только приборы с дополнительным питанием. И японские дозиметры – которые уже имели опыт общения с радиоактивными вещами.

И вот мы оказались на самой станции. Почему мы там оказались? Выяснилось, что ближе к осени предполагается усиление дождей. Дожди смывают радиоактивный песок в водоем, который находится возле станции – и через него уже есть опасность попадания этого всего радиоактивного в район Киева и других городов. Ну что можно было сделать?
 

chernobyl-6

 
Можно было использовать какую-то технику. Не знаю, насколько это соответствует действительности, но у нас в то время говорили, что когда пришел трактор с радиоуправлением – он почему-то ушел на дно водоема. Так что наша работа состояла в том, что мы лопатами в ведра собирали радиоактивный песок и высыпали его в контейнеры, которые вывозились потом на могильник…

Все бы ничего – вот прошло 30 лет – и я перед вами сижу и что-то рассказываю. Но хотелось бы, чтобы те люди, которые думают о таких серьезных вещах – о ядерной энергии, об атомной энергетике… Знаете, популярность самой идеи «мирного атома» перед Чернобылем зашкаливала. Кто-то может помнит песню Аллы Борисовны Пугачевой «Чего не может сделать атом? Это, право, пустяки!» Кто-то вспомнит, что фактически символом науки стал атом с нейтронами и протонами вокруг него. Т.е. популярность этого всего была очень велика.

А потом случилась авария. Люди туда поехали. Люди там жили. И многих теперь уже нет. И мне бы хотелось, чтобы те, кто планирует, проектирует, разрабатывает – они не только сегодняшним днем думали, а немножко задумывались над тем, что, например, стоить атомную станцию около города-миллионника навряд ли надо. Надо чуть подальше поставить. Но это будет чуть дороже. Но это будет чуть безопаснее.

Хотелось бы, чтобы в результате поднятия этой темы все мы лучше стали понимать ситуацию. На мой взгляд, самое главное: безопасность людей, безопасность мира. Ради этого, собственно, люди работали там, здоровье свое положили, а кто и жизнь. И ради этого мы все сегодня собрались.

Вот уже скольких людей нет. Среди них есть и те, кого я лично знал. Вот смотрю «Книгу памяти»: это лицо мне знакомо, и то лицо знакомо мне. Я прошу всех почтить память людей, кто пошел туда… И тех, кого уже нет с нами.

 

chernobyl-7
chernobyl-8
chernobyl-9
chernobyl-10
chernobyl-11
chernobyl-12

Читайте далее:
Рассказ Виктории Ивлевой, единственного фотожурналиста, побывавшего внутри разрушенного реактора ЧАЭС, и продолжение фоторепортажа читать статью

 

Понравился материал?
Помоги проекту «Бизнес и культура»!
Поддерживая сайт, вы помогаете нам оставаться независимыми.


Присоединяйтесь к нам!

new-ikonka-facebook-44x44.png
new-ikonka-twitter-44x44.png
new-ikonka-youtube-44x44.png
new-ikonka-instagram-44x44.png
new-ikonka-google-plus-44x44.png
new-ikonka-vk-44x44.png