Бизнес и Культура

Шаламовские рассказы (ч. 1)

РАСПЕЧАТАТЬ СТАТЬЮ...

1990-е годы вошли в историю Отечества
как эпоха радикальных перемен в государственном устройстве,
и время, когда сильные люди смогли сосредоточиться,
объединить свои усилия
и на обломках прежней системы создать новую реальность.
В эти годы существенно изменилась
организация физической культуры и спорта в нашей стране,
бывшей в советское время великой спортивной державой.

 Николай Шаламов

Николай Шаламов

Серьезные испытания пришлись
и на южноуральское дзюдо,
еще недавно занимавшее самое видное место на международной спортивной арене.

Бывший глава Курчатовского района
в первой половине девяностых
Николай Шаламов
тогда возглавлял Федерацию дзюдо
Челябинской области.

Мы представляем воспоминания
Николая Владимировича
с чувством глубокой признательности
за его искренность и прямоту…

▼    ▼    ▼    ▼    ▼

Два тяжеловеса - Веричев и Юсупов

Два тяжеловеса —
Веричев и Юсупов

Президентом Федерации я стал случайно. К дзюдо не имел никакого отношения – в юности был боксером уровня мастеров. Занимался сначала у В.Л. Когана на ЧМЗ, а когда он заболел – мы перешли к Е.Г. Удачину на ЧМС. Потом продолжил в армии, там выступал в разных турнирах. Вернувшись домой, со спортом закончил, пошел учиться.

В 1989 году я работал заместителем председателя райисполкома Курчатовского района. И вот однажды ко мне заглянули «высокие гости» – Григорий Веричев и Харис Юсупов – и стали меня уговаривать возглавить областную Федерацию дзюдо.

Харис Мунасипович начал жалостливо, мол, я уже старенький, мне тяжело… Дело было, конечно, не в возрасте. Ну что такое каких-то 60 лет для такого красавца! Просто к концу 1980-х, весь советский спорт вдруг оказался в «финансовом ауте», как бы выпал из большой игры – никаких средств на учебно-тренировочный процесс, на участие в соревнованиях, на содержание инфраструктуры, зарплату тренерам и т.д.

И как Юсупов и Веричев ни бились, ни топтали разные пороги, ни кланялись «денежным мешкам» – ничего у них не получалось. Да и не бились они по большому счету: раз-два к кому-то зашли, их выпнули – и всё. А у них же гордыня – и у Гриши, и у Хариса…

Но тут они вцепились крепко и начали меня уламывать. Долго мы сидели, разговорились, расчувствовались, наконец, разошлись. Утром смотрю: они снова в дверях, мол, якобы я им вчера слово давал. Попытался отмахнуться: «Ну, не помню такого!» Но они надавили на психику, на жалость, и я прогнулся: «Ладно…»

С того дня я и возглавил Федерацию дзюдо, а Юсупов с Веричевым были всегда рядом. Тогда же я познакомился и с Александром Миллером. Мы собрали состав этой самой федерации, в который вошли несколько тренеров, включая Виктора Мосейчука, который, на мой взгляд, и сегодня является нашим ведущим тренером по детскому и юношескому возрасту. Ну, и готовит больших мастеров тоже…

Александр Миллер

Александр Миллер

Виктор Мосейчук

Виктор Мосейчук

▼    ▼    ▼    ▼    ▼

Мы всё создавали вместе. У борцов до этого никакой документации не было вовсе. Поэтому, прежде всего, мы создали Устав – точнее, взяли из какого-то другого вида спорта, то есть не сами сочинили, а подогнали под дзюдо. Следом продумали, как организовать управление нашей деятельностью, ввели должность президента федерации – тогда это словечко было очень модным.

Юношеский турнир им. Прохача. Трехгорный, 1993

Юношеский турнир им. Прохача.
Трехгорный, 1993

Сама организация строилась на базе Челябинского института физкультуры, и его ректора Леонида Куликова мы, не мудрствуя лукаво, сразу ввели в руководство федерации. Ну, и начали работать: созвали конференцию, пригласили представителей из разных городов области, включая Магнитку, Трехгорный…

Кстати, в Трехгорном была хорошая база и отличный тандем руководителей: административную работу вел Владимир Зайцев, тренировочную – Александр Перевозников.

Они работали в паре, примерно, как мы с Миллером: в основном, конечно, работал тренер, а на мне были задачи материального обеспечения: ходить по кабинетам чиновников, по бизнесменам, что-то там выпрашивать, «подтягивать малый бизнес»…

Искаков, Х. Юсупов, Н. Лубенец, Н. Шаламов... Трехгорный, 1994

Н. Искаков, Х. Юсупов, Н. Лубенец, Н. Шаламов…
Трехгорный, 1994

Почему дзюдоисты пришли именно ко мне? Так сложилось: Валерий Шопов в Металлургическом районе занимался волейболом, Центральный район курировал гандбол, Советский район опекал каратистов, ЧТЗ, понятно, отвечал за хоккей, за «Трактор». Короче говоря, все уже были при деле, поэтому Курчатовскому району дзюдо и досталось!

Когда я взялся за дело, Вячеслав Тарасов, в ту пору заместитель председателя горисполкома, набычился: «Зачем тебе дзюдо? Возьми игровую команду, как все твои коллеги». – «А разве дзюдо – это не спорт? Для меня хоть на земле, хоть в воздухе, хоть под водой – всё спорт. Сама задача спорта – физическая культура человека. Тем более я уже слово дал – как я могу отказаться?»

Тарасов, уже став мэром Челябинска, по-моему, так и остался недовольным моим выбором. Он даже вредил как-то по мелкому, скажем, частенько не отпускал меня в поездки, хотя вслух никогда об этом не заговаривал. Он, помню, заставлял нас ходить на баскетбол. Вообще, человек он был какой-то ревнивый и завистливый.

Кстати, уже позже (к концу 90-х) Тарасов сам фанатично увлекся ветеранским баскетболом и поднял его буквально на международный уровень. В челябинскую команду «Old Man», вероятно, за приличные гонорары, приглашались отставные мировые звезды типа Владимира Жигилия, которые, как шутили коллеги, добывали международную славу челябинскому «старческому баскетболу»…

Зато Вадим Соловьев, первый губернатор области, в целом благоволил дзюдоистам и даже принимал личное участие в отдельных мероприятиях, когда, например, надо было кого-нибудь из героев татами поздравить с победой. А ещё мы проводили встречи губернатора со спортсменами. Да и вообще, личные отношения у нас с Вадимом Павловичем сложились вполне доверительные.

▼    ▼    ▼    ▼    ▼

Реальная работа в Федерации дзюдо пошла с первого дня её создания. Надо, к примеру, устроить спортсмена на работу, чтобы он деньги какие-то получал, и я что-то мог сделать: обращался в райотдел милиции, или к бизнесменам, или в армию в спортроту… Гиви Гаургашвили и Вячеслав Шишкин числились милиционерами в райотделе. А кого-то из борцов Юрий Федоров устроил к себе на КПД и СК – сейчас уже и не вспомню, кого именно.

В летний период я занимался детской школой дзюдо Виктора Мосейчука: его ребят устраивал в лагерь – на озере под Миассом. Как-то приехал туда посмотреть, как они отдыхают, как питаются. Ребятишки – как пираты, в платочках, чумазые, босиком, по деревьям лазают, как обезьяны. Спрашиваю: «Вить, чего они у тебя такие?» А он: «Строем ходить им и в городе надоедает».

И так несколько лет подряд они туда выезжали, независимо от финансовой ситуации в стране. Здесь заслуга Мосейчука, он всегда трепетно относился к своим детям, заботился о них. Когда был первый лагерь, я не помню. Тогда ведь не существовало никакой системы, всё было в общем-то хаотично…

Главой Курчатовского района я стал в 1991 году. Утверждал меня Вадим Соловьев. Первым замом председателя райисполкома был Сергей Козлов, мы работали с ним в паре, он меня туда и затащил – мы с ним дружили, а еще были близки с Валерием Шоповым и Владимиром Мякушем.

Как президент Федерации, я докладывал о состоянии южноуральской школы дзюдо на заседаниях по бюджету района, часть денег – сколько мне позволяли – шла оттуда, а часть – из внебюджетного фонда главы района. По указу президента, этот фонд не подлежал контролю, и им мог распоряжаться только глава по собственному усмотрению. Какие-то деньги для дзюдо я брал и оттуда.

Но всё равно жили мы скудно. Тот же Мосейчук вынужден был открыть киоск по продаже видеокассет, чтобы хоть какие-то деньги для ребят зарабатывать. Раз в полгода его шерстил 6-й отдел (по борьбе с организованной преступностью), менты забирали кассеты, а я их потом стыдил, и они всё возвращали обратно. А как иначе можно было тогда выжить? Одни уходили в бандиты, другие пытались наладить бизнес. В спорте оставались только фанатики.

▼    ▼    ▼    ▼    ▼

В. Макаров, А. Миллер, В. Дегтярев, Д. Морозов, В. Лобынцев, Н. Шаламов, 1994

В. Макаров, А. Миллер, В. Дегтярев,
Д. Морозов, В. Лобынцев, Н. Шаламов, 1994

Александр Миллер – именно фанатик. Он стал мощным генератором идей и организатором процесса. Я даже думал, что Александр Евгеньевич мог бы найти себя в любом другом деле государственной важности. А вот отношение к нему Веричева и Юсупова было ревностным – поначалу они его с собой рядом просто не видели.

Я как-то откровенно разговорился с ними и даже упрекнул: «Вы великие, а работать-то кто будет? Мы знаем ваши безмерные заслуги, честь вам и хвала! Мы даже можем молиться на вас, но ведь надо работать! Вот Миллер бегает, крутится, вертится, а вы хоть пальцем ударили, чтобы зал выбить или еще что полезное сделать?»

Однажды я даже накатил на Юсупова: «Ты числишься в институте физкультуры, так почему не сделаешь расписание в Манеже для дзюдоистов?» – «Это могут делать только профессора».

С Леонидом Куликовым. 1995

С Леонидом Куликовым. 1995

Тогда я пошел к Куликову: «Леонид Михайлович, почему Юсупов не профессор?» – «Да у него же нет ученой степени, он ни одной лекции не прочитал. Какой из него профессор, и зачем тебе это?» – «Чтобы имел право делать расписание. Давай собирай свой Ученый совет. Я им докажу, что он достоин звания профессора. Посмотри – он создал великую школу дзюдо в Челябинской области, у нас впервые появились чемпионы мира и Европы. Это всё его заслуга. Найди у себя какого-нибудь ученого, у которого за спиной есть какая-нибудь своя школа». – «Ладно, приходи на ученый совет».

Короче, вопрос решили, и Харис Мунасипович стал профессором. И с тех пор участвовал в составлении рабочего расписания в манеже. А раньше всякие деятели использовали зал для своих нужд, а нашим борцам места не было. В итоге нам выделили время, и мы стали там заниматься. Естественно, борцы продолжали тренироваться и в спорткомплексе «Динамо». Майор Веричев тогда был тренером внутренних войск, поэтому через него и генерала мы решали все насущные вопросы. Миллер тренировал, готовил ребят к турнирам, Гриша решал вопросы, Юсупов давил авторитетом… Примерно вот так всё выглядело в начале девяностых.

▼    ▼    ▼    ▼    ▼

Взаимоотношения «великих». Миллер – даже при таком «снисходительном» к нему отношении со стороны Веричева и Юсупова – всегда был вполне доброжелателен с ними, отдавая отчет их действительно выдающемуся прошлому. Он постоянно включал их в разные мероприятия, всегда говорил о них только хвалебные речи…

Во многом, именно благодаря Миллеру, у нас до сих пор сохранилось достойное отношение к нашим ветеранам – тут тебе и связь поколений, и преемственность тренировочных методик, и подходов к главным турнирам, и опыт переживания громких побед и осмысления тяжких поражений.

А тогда, в девяностые, если бы не Александр Евгеньевич, нашим славным ветеранам было бы совсем несладко. Кстати, насколько я знаю, сегодня уже самого Миллера некоторые деятели пытаются отжать, отодвинуть от большого дела, просто не ценя его колоссальный опыт и не понимая его ещё очень большой потенциал.

Впрочем, так непросто устроена наша жизнь, а в большом спорте она еще сложнее. Здесь может быть избыточно много зависти, гордыни, амбиций, и, кстати, меньше ума и общей культуры. А тренерский состав – это ведь не просто учебно-тренировочная организация, а довольно агрессивная, конфликтная среда. И Миллер в те годы как-то умудрялся перешагивать через всё это. У него не было ни озлобленности, ни мелочности, ни самомнения. Поэтому потихоньку, потихоньку, но все его признали.

▼    ▼    ▼    ▼    ▼

Два клуба – за всю страну: опыт и мужество. В самом начале 1990-х мы постоянно ездили на соревнования, при том, что страна натурально пребывала в развале. Первый раз, помню, Миллер пригласил меня в Бельгию, в город Шарлеруа, на Кубок европейских клубов.

Одно дело – мне, зрителю, приехать на соревнования и поглазеть, как там тренер подготовил спортсменов к турниру, и как наши спортсмены бьются на ковре. И совсем другое – самому тренеру и его ученикам доказать свою силу, способность достойно выступить и победить. И тем самым подтвердить, что не зря они проливали пот и кровь в тяжких тренировках, и что недаром именно спорту отдавали все свои силы и время, а в них вкладывались какие-то серьезные деньги и средства, которые, быть может, лучше было бы вложить в свое образование или создание семьи.

В те годы, на всю Россию приходилось всего две школы дзюдо, которые ещё теплились и даже находили возможности и средства выступать на международной арене. Это были наша южноуральская школа и еще красноярская. Всё! А в остальных городах, даже в московских и питерских клубах, почти не было атлетов, способных достойно выступить на турнирах международного уровня. Ну, может быть, единицы.

Правда, попозже, к концу 90-х, оживился питерский клуб «Явара-Нева», куда надёргали ведущих атлетов из разных городов, где их, кстати, готовили долгие годы и в них уже были вложены большие деньги. Ведь чтобы бороться на международном уровне, надо иметь соответствующую практику выступлений на турнирах экстра-класса. А чтобы ездить по миру – надобны денежки на дорогу, на еду, на жилье, на врачей, спаррингов… Это уже позднее Москва, Федерация дзюдо России, стала брать на себя все расходы на ведущих борцов, членов сборной страны.

И вот мы приезжаем в Шарлеруа. А я до этого дзюдо видел только на тренировках. Миллер ребятам говорит: «Денежная премия – только за первое место». Но я-то в штабе был и знал: премия за все три места, только суммы разные. А он: за второе – костюм, за третье – сумки. Спрашиваю: «Почему?» – «А пусть дерутся за первое место». И я первый раз увидел, как боролись наши ребята: Александр Тверетин, Вячеслав Шишкин, Александр Полторак, Вячеслав Прохоров, Николай Лебедев…

Лебедев схватился с соперником, и вдруг штанина порвалась во время захвата! Но французы нам тут же дали другие штаны. Кому-то, не помню точно – во время схватки то ли сломали, то ли выдернули ключицу. Я к Миллеру: «Останови схватку». Он возражает: «Нет, пусть борется». И наш парень до конца доборолся, проиграл, но не вчистую – выстоял на ногах. Удивляюсь: «Зачем?» – «Пусть набирается мужества».

▼    ▼    ▼    ▼    ▼

Море впечатлений получал я от того, что видел на татами. Помню, Шишкин тогда сделал бросок на иппон, а судья поставил ваза-ари. Даже соперник был ошарашен, и Шишкин недоумевал. Я кричу: «Слава, повтори». Он второй раз — полная амплитуда. Победа!

На следующий день мы посещали «Русское общество» – они болели за нас и вот пригласили чаю попить, пообщаться. И показали французскую газету – нам посвятили полный разворот и поместили фото броска Шишкина с подписью «Триумф русских». А домой приехали – на последней странице маленькая заметка «Наши ребята – сильнейшие в Европе». Даже стыдно: там нас чествовали, а здесь… всё всем по фигу.

Валерий Двойников

Валерий Двойников

В Бельгии первым нас встретил Валерий Двойников, помог в организационных делах. И вот идет турнир, приходит представитель нашего консульства, парень лет тридцати, в шляпе, плаще – а ля шпион из детектива. «Кто здесь старший?» А мы с Двойниковым стоим себе, разговариваем. Миллер отвечает: « Главный – Шаламов Николай Владимирович». А парень в ответ: «Я такой-то, и отвечаю за ваше пребывание здесь». Мне тут даже машинально захотелось отдать честь, а Двойников: «Да пошли ты… Пришел, когда ребята уже на татами, я вообще с такими не общаюсь. Где он раньше был, когда вы только приехали?» И мы с Валерой потихоньку отошли, а Миллер остался. Тот из посольства что-то втирает Миллеру, а я ему крякнул: «Саня, у тебя ребята на ковре, иди, потом поговорите…»

А у французов там две команды было, и Греция как бы могла пролететь. Нам надо было выиграть у французов, и мы выиграли. Консул Греции был доволен, что мы дали им возможность побороться… Впечатление от борьбы – не передать! Вот как на хоккее все вскакивают и орут – я и кричал, и прыгал, когда наши боролись, просто заразился. Миллер просчитал всё до молекул, он потом сам признался: «Я специально тебя повез, чтобы ты сам всё пережил, прочувствовал». И я как бы исполнял роль руководителя делегации, а спортивная часть, понятно, была на Миллере.

▼    ▼    ▼    ▼    ▼

Поездки по миру – удовольствие не из дешевых. С Веричевым мы ездили в Японию на чемпионат мира и на Европейский кубок в Германию. Там есть такой легендарный дзюдоист Генри Штор, призер чемпионатов Европы, мира и Олимпийских игр. В свое время он был одним из главных соперников Веричева и, кстати, в 1988 году в Сеуле преградил Грише путь в финал Олимпийского турнира. А общий счёт их личных встреч в пользу, все-таки, в пользу нашего – 3:2, если я не ошибаюсь. И вот, в честь юбилея великого борца, немцы попросили провести у них Европейский кубок.

Откуда мы брали ресурсы на загранпоездки, скажем, в ту же Бельгию? С протянутой рукой ходил и я, и Миллер – куда только можно. (Нам надо было доехать только до Москвы, дальше расходы брала на себя Федерация дзюдо Бельгии.)

Из наших местных много никто не давал, но мы обращались к самым разным людям и компаниям, и понемногу нам удавалось набрать хотя бы минимум. Из крупных предприятий могу назвать: Цинковый завод, Лакокрасочный, Вторчермет, Живмаш, Электровозоремонтный завод, разные автобазы, а еще мелкие торговые фирмы…

Я, может, был единственный глава района, кто разрешил, откликнувшись на просьбу «красных директоров», дать им отдышаться пару лет, встать с колен – то есть не отчислять налоги в бюджет. А они, в свою очередь, откликались на мою просьбу помочь дзюдо.

Н. Шаламов благодарит А. Миллера. 1994

Н. Шаламов благодарит
А. Миллера. 1994

 ...и поздравляет Д. Морозова. 1994.

…и поздравляет
Д. Морозова. 1994.

Тогда почти весь спорт был под эгидой района, города, области – как сейчас под управлением областного Министерства по физкультуре и спорту. И в 90-е почти не было спортивных организаций, типа Федераций, по отдельным видам, они начали создаваться уже по ходу, причем, именно руками фанатиков спорта. Они и пытались, за счёт так называемого «хозрасчета» и платных занятий, обрести какую-то финансовую самостоятельность. И мы нашу Федерацию создавали практически на пустом месте.

▼    ▼    ▼    ▼    ▼

Связка «Юсупов-Веричев» и прочие. Непростые отношения в нашем дзюдо были испокон веку. Гриша Веричев в юности всегда брал «под козырек» перед старшими, но когда он начал «оперяться» – то вскоре уже сам начал «крыльями хлопать».

Позже Гриша жаловался, объяснял, почему между ним и Харисом испортились отношения. После Сеула ему выделили квартиру (в доме, где раньше был Центральный гастроном), а Юсупов забрал её себе, и Гриша крепко надулся. А потом, в процессе работы, в силу необходимости они таки встречались, и, видимо, со временем всё сгладилось. Но я бы не сказал, что они были близкими друзьями. А вот их отношение к Миллеру со временем менялось. Юсупов видел, что Миллер его часто хвалит, высоко ценит и прочее. Он это понял. Да и Гриша понял, он в принципе не был злобливым.

За границу на клубные турниры можно было выезжать только командой от официально зарегистрированного клуба. То есть надо было оформить соответствующие документы, создать юридическое лицо и проч.

И мы с Миллером решили уговорить Гришу создать клуб его имени, чтобы выйти на международную арену. К примеру, кто там в заграничной борцовской среде знает, что такое Челябинск? Для всего мира Россия – это Москва и Сибирь. А вот имя Григория Веричева хорошо знали и в Европе, и в мире. Мы еле убедили Гришу создать клуб его имени. Он согласился, а когда пришла первая почта – он сам мне хвастался: «Мне пишет президент европейской федерации». – «Вот видишь, теперь есть, что тебе почитать, а то бы сидел у подъезда, пил водку с собутыльниками…»

Светлана Гундаренко в центре

Светлана Гундаренко в центре

Я Гришу заставил и в «Динамо» ходить. «Со Светланой Гундаренко – говорю – занимайся». Ей по весу не с кем было бороться. Потом она со слезами приходила ко мне: в ней ведь было 120-130 кг – и вся в слезах. Спрашиваю: «Что такое?» – «Гришка мне по заднице при всех хлопает!» – «Гриш, в чем дело?» – «Я ей говорю, чтобы захват держала, а она не может». – «Ну не может – научи её, тренировочный процесс построй так, чтобы нарабатывать». Вот такой был из меня наставник!

Не знаю – то ли тренерской жилки у Веричева не было, то ли он ленивый был. Возьмется вроде за что-то – и пропадает интерес. Может, природа виновата, а может, образ жизни повлиял. И административной жилки тоже явно в нем не хватало. Мы открыли ювелирный магазин «Яхонт» на Комсомольском, базу овощную – где сейчас китайский рынок, теплицы были – и всё ему отдали: «Гриша, зарабатывай деньги на спорт». А он каких-то свердловчан пригласил, договор с ними заключил, они ему заплатили копейки… Ну не было в нем коммерческой хватки. Да и тренерской, пожалуй, тоже, но я не берусь судить его строго. Тем более, что как спортсмен, как атлет – это великое имя в нашей истории. Без всяких оговорок!

Фото из личного архива Николая Шаламова

бк

См. ПРОДОЛЖЕНИЕ Шаламовские рассказы (часть 2)

Понравился материал?
Помоги проекту «Бизнес и культура»!
Поддерживая сайт, вы помогаете нам оставаться независимыми.