Бизнес и Культура

Свободные диалоги. Диалог шестой (часть 2)

РАСПЕЧАТАТЬ СТАТЬЮ...  Текст  

Диалог шестой

Личность: «новые» и «старые» русские

2 часть

бк продолжает публикацию шестого диалога, который также писался в 2004-2005 годах, но и сегодня авторы готовы подписаться под каждым словом……

Архивная страница:
А. Глазырин и Ю. Шевелев. «Свободные диалоги»

Читайте также:
Страницы книги «Жизнь людей»: Ротный

✸    2    ✸

svobodnye-dialogi-oblozhka

Ю.Ш. На телеэкране, например в той же «Школе злословия», мы, как правило, видим относительно успешных людей. Особенно бывает смешно, когда говорят особи женского пола: что ты за мужик, если не можешь обеспечить семью, сводить даму в ресторан или свозить за границу. Эта психология – новая черта времени, чего не было в советском обществе: пренебрежение к тому, что у кого-то что-то не получается, когда, например, человек не может преодолеть тот самый страх, о котором мы говорили.

А.Г. У человека может быть другая сфера интересов. Его направление – интеллектуальное, нравственное – лежит не в этой плоскости, ему этого не надо. В советское время многим хотелось купить «копейку» и иметь садовый участок, а в квартире дверь отделать жженой реечкой и отлакировать. Такой был стандарт, примитивные внешние признаки благосостояния. Всем надо было быть такими, это должно быть у каждого, такой низкий-низкий, но советский среднеклассовый стандарт.

А кому-то и тогда ничего такого не надо было, у него были другие интересы – и сейчас ему новый стандарт противен. Кстати, сколько говорено и писано про жизнь обеспеченного западного среднего класса: люди живут в приличном пригороде, зарабатывают 200-300 тысяч долларов в год… Эта жизнь накладывает очень большие ограничения – нужно обязательно входить в какие-то комитеты, с кем-то общаться, нужно обязательно посещать барбекю, поддерживать контакт с партнерами на вечеринках и проч.

Такая не аристократического плана светская жизнь. Раз ты принадлежишь к этой сфере, этому слою, ты должен вести себя соответственно: должен ездить на такой-то машине, отдыхать там-то и там-то, никаких отклонений быть не должно. Если есть отклонения, можешь потерять реноме, проиграть в бизнесе, ты перестаешь быть своим, от тебя отворачиваются, это сказывается на делах. Что-то свое может себе позволить уже не менеджер среднего звена, а человек чрезвычайно богатый.

Ю.Ш. Известный анекдот про аборигена, популярный лет десять назад: белые люди высадились на остров, видят аборигена под пальмой и удивляются: чего ты лежишь, возьми лодку, загрузи бананами, кокосами, продай, а потом будешь расслабляться. «А я и не напрягаюсь», – спокойно замечает абориген.

Есть индикаторы, есть некие чудики, например, у меня есть знакомый художник, который живет в крайне непрезентабельной обстановке. Он, конечно, вынужден что-то надевать на себя, потому что ходит в присутствие, в редакции работает, но вот эти все внешние условности – бритье и т.п. – для него просто не существуют. Он живет в очень глубоком мире, думаю, например, что он меня лично понимает лучше, чем я сам себя понимаю. У него нет семьи, ничего нет и не надо, и не было никогда. Но я говорю о чудиках. При этом кто осмелится сказать, что я испытываю большее удовлетворение от жизни? У него есть богом данный талант, в плену которого он и живет. Он себя реализует так, как ему естественно.

А есть люди выдающиеся, жизнь и судьба которых может быть примером, критерием для всего общества. Виталий Вульф, рассуждая о Солженицыне, говорит о том, насколько Солженицын был гигантом в том времени и насколько он оторвался от нового времени. Он не сумел его понять, не дал своему народу права на ошибку, он его жестко осудил без должной глубины, без любви. Вульф говорит, что уже в брошюре «Как нам обустроить Россию» Солженицын не понимает сути происходящего. Его ориентир на земства и православие – утопия. Все ныне декларируемое Солженицыным есть утопия. Вульф – человек глубокий, суждения его простые, но мне представляются верными, несмотря на то что его очень трудно слушать.

А.Г. Солженицын и тогда, когда протестовал против советского режима, занимал жесткую позицию по отношению к своему народу. Просто раньше эта позиция с позицией людей типа Вульфа в значительной степени совпадала, а вот когда новые русские почувствовали себя в своей стихии, выяснилось, что для Солженицына эта стихия так же чужда, как и та, против которой он выступал прежде (и в которой многие нынешние обвинители Солженицына, включая Вульфа, чувствовали себя совсем неплохо).

Я считаю, что Солженицын не «оторвался» и не изменился: как у него было направление на патриархальную утопию, так оно и сохранилось. Просто и та действительность «не совпадала» с ним, и нынешняя действительность идет вразрез с Солженицыным, но он-то сам не меняется, он подходит к жизни с теми же требованиями. Это очень большая личность. И то, что он себе верен, доказано всей его жизнью. Я считаю мысли Солженицына – увы! – утопическими, но неверно говорить, что он кого-то предал, чему-то изменил или оказался в какой-то момент себе неадекватен. У Толстого в последние десятилетия его жизни была масса не совместимых с реальностью идей. Но нельзя говорить, что Толстой в чем-то оказался неадекватен, где-то упал, пошел вниз. Личность Толстого осталась мощной и верной своему вектору до конца. И Солженицын такой же.

Любая критика должна делаться с поправкой на человеческий масштаб, а масштаб Солженицына сейчас в России вообще не с чем сопоставить. Один человек остался, который представляет нашу страну перед вечностью. Поэтому смешна книга Войновича о Солженицыне «Портрет на фоне мифа». Зря он ее так назвал, потому что напрашивается аналог – «Автопортрет моськи на фоне слона». Войнович хотел дать портрет реального Солженицына на фоне мифа о Солженицыне, а получился портрет самого Войновича, мелкой дворняжки, на фоне слона Исаича.

Войнович останется в истории как автор этой позорной книжки о Солженицыне. (Так в свое время Георгий Шенгели написал книжку «Маяковский во весь рост». Шенгели сам по себе замечательная личность, талантливый поэт, великолепный переводчик, человек большой культуры, но он остался с этой книжкой, где попытался опаскудить Маяковского еще при жизни.) Уже после книжки Войновича появились целые тома «антисолженицынские». Я вовсе не хочу сказать, что сказанное Солженицыным не подлежит критической оценке. Подлежит – только оценка эта должна быть принципиальной, а не превращаться в сведение личных или групповых счетов. В любом случае самая низкая точка солженицынского идейного «падения» неимоверно выше самой высокой возможной точки взлета его нынешних критиков.

Кроме того, вся солженицынская критика наших сегодняшних порядков справедлива, как и его утверждение, что демократию нельзя насадить сверху, что демократии не будет без самоуправления.

Подписывайтесь на обновления сайта «Бизнес и культура» в соцсетях!

new-ikonka-facebook-44x44.png
new-ikonka-twitter-44x44.png
new-ikonka-youtube-44x44.png
new-ikonka-instagram-44x44.png
new-ikonka-google-plus-44x44.png
new-ikonka-vk-44x44.png

✸    3    ✸

А.Г. Савик Шустер как-то пригласил в «Свободу слова» (ныне покойную) очень разношерстную компанию молодежи, которая разбилась на два лагеря. С одной стороны – движение против нелегальной миграции: ребята ходят в черных куртках и рубашках и самочинно «отлавливают» таджиков, армян, а с другой – движение «Авангард красной молодежи», натуральные комсомольцы. Я никак не ожидал, что масса ребят с таким остервенением будут выступать уже сегодня. Они при советской власти не жили, но провозглашают «Да здравствует наша советская родина, страна, в которой все были счастливы».

Я думал, что пройдет немало времени, прежде чем выдвинутся подобные люди, не может ситуация не вызвать их к жизни, а они уже вот, перед глазами: не лощеные политики, не золотая молодежь. Очень интересное явление. С одной стороны – русские националисты, а с другой стороны – личности лет двадцати пяти совершенно комиссарского плана. Там был и руководитель московского отделения Национал-большевистской партии Роман Бобков, наиболее глубоко, связно, логично выступающий товарищ.

Я считал, что у нас политически мертвая молодежь, но увидел такое… Савик всех постоянно осаживал, потому что с обеих сторон была масса неполиткорректных заявлений. А мы ведь только-только поговорили о том, что есть огромная масса людей, отторженных от нормальной жизни. И они выдвинут кого-то, кто-то выйдет и будет говорить от их имени. Вся эта молодежь, кроме чернорубашечников-националистов, занимает резкую антипутинскую позицию. Они считают, Путин – власть капитала. Они не верят в борьбу власти с олигархами, считают, что, как было, так и осталось: хрен редьки не слаще. Они очень радикальны, и они свою судьбу найдут, если ситуация не изменится. Молодежь перейдет на позиции старых русских. Они говорят только о социальной революции. Сейчас это какие-то кружки, но видно, что они не в салонах об этом болтают, не с жиру бесятся. Это сплошные студенты.

Ю.Ш. У меня был некий опыт противостояния представителям власти, когда я в 1989 году возглавлял бунт застройщиков в Днепропетровске. Я понимаю этот кайф, который получаешь, заряжаясь от толпы, когда все внимание приковано к твоей персоне. Но для меня то было возрастное явление, оно давно прошло. Теперь я не думаю об организации масс. Скорее хочется уехать куда подальше, отвлечься от всех. Причем, я вижу крайнюю необходимость в том, чтобы формировалась какая-то идеология, объяснялось происходящее в стране и мире. Пусть на обывательском уровне: что имеем, тем и пользуемся, я имею в виду интеллектуальные возможности. Но не журналистского, а более глубокого объяснения, как в свое время мы обсуждали книги.

Ныне потеряна традиция обсуждения прочитанного, даже в медиапространстве. В том, советском, обществе было так называемое всенародное обсуждение. Вспомним опять же шестидесятые годы: Вознесенский, Евтушенко, Окуджава… Вещи, с которыми знакомился каждый культурный человек. Хотелось бы создать подобную среду, общее поле. Это необходимо России. Если не будет воссоздано интеллектуальное поле в масштабе страны, то будет следующая революция. Однако новым русским подобное как раз и не нужно по определению. Там каждый прагматичен, там каждый сам за себя.

Продолжение следует…

Текст: Александр Глазырин и Юрий Шевелев
«Свободные диалоги»
Издательство «Диалог-холдинг», 2006

Архивная страница:
А. Глазырин и Ю. Шевелев. «Свободные диалоги»

 

Читайте также
Проект «Книжная лавка»
и архивы спецпроектов:
Проект «Начало Конца»
Проект «Медная история»
«Социум и власть»

Понравился материал?
Помоги проекту «Бизнес и культура»!
Поддерживая сайт, вы помогаете нам оставаться независимыми.


Присоединяйтесь к нам!

new-ikonka-facebook-44x44.png
new-ikonka-twitter-44x44.png
new-ikonka-youtube-44x44.png
new-ikonka-instagram-44x44.png
new-ikonka-google-plus-44x44.png
new-ikonka-vk-44x44.png