Бизнес и Культура

Ялта вместо ордена (ч. 2)

ПРОДОЛЖЕНИЕ.
См. НАЧАЛО Ялта вместо ордена (часть 1)

✯  4  ✯

Я начинал карьеру с оперативной разработки контрабандистов и валютчиков в приграничном Львове, где какое-то время работал «под крышей» и под видом деляги общался с разной клиентурой.

Как молоды мы были... как верили в себя...

Как молоды мы были… как верили в себя…

Однажды я получил информацию, что на одной из площадей Львова должна состояться передача крупной партии валюты от челябинских посыльных Галине Михальской. Так как был выходной день и у меня не было возможности быстро поднять службу наружного наблюдения Львовского управления, то я рискнул лично «поприсутствовать» во время этой сделки. Выхожу на площадь перед храмом, вижу Галину… но рядом никого. И вообще кругом пусто, а у меня нет никакой возможности спрятаться где-то под кустом, но я решаюсь идти напролом и пробую как-то поприставать к даме. Ведь иной раз какой-то прямолинейный ход может показаться наименее подозрительным…

Итак, я пытаюсь представиться, но в ответ слышу: «Мужчина, вы мне не интересны». Что делать? А ведь я всё про нее знал, поэтому тут же нашелся и предложил ей… погадать по руке. И когда я начал «угадывать» про каждую деталь ее биографии, она просто «офонарела» – действительно экстрасенс! – и стала бурно восхищаться моими уникальными способностями. А тут как раз и подошла молодая барышня, ее знакомая. Естественно, возбужденная Михальская попросила погадать ее подружке… Тут уж мне пришлось как-то выкручиваться: я пытался объяснить доверчивым девушкам, что в течение одного вечера могу напрячься и сосредоточиться только один раз, поскольку контакт с «потусторонними силами» требует чрезмерных энергетических затрат. Наконец, я согласился погадать девушке (ее звали Леной), но только на следующий день, когда «восстановится» мой «экстрасенсорный потенциал» и что-то я про нее выясню у львовских коллег…

Мы договорились, и я взялся провожать подружек, понимая, что незнакомка, скорее всего, должна передать Галине сверток с деньгами. Квартиру Михальских я уже знал, но мне надо было выяснить, где живет ее подруга, а значит, надо было как-то красиво «сбросить с хвоста» Галину и переключиться на незнакомку. И вот я начинаю выписывать маршрут по городу, чтобы пройти именно мимо дома, где жили Михальские. В одном из переулков я засек передачу пакета из рук в руки… Наконец, выбрал момент и сыграл свою роль: «Ой, девчата, совсем забыл, что мне нужно товарищу передать ключи, – давайте я вас быстренько по домам разведу, а завтра встретимся…» И тут, будто случайно, дом Галины оказался рядом, она прощается, а я дальше провожаю Лену…

Надо отметить, что во Львове на редкость своеобразные дома – один подъезд (на местном диалекте «брама»), внутри дворик, в который сходятся десятки квартир. Мы уже подходим к подъезду ее дома, я про себя думаю: «Елки-палки, если дальше не пройду, то не узнаю номер квартиры, и потом ее не найдешь!» И я таки решился «открыться» прелестной незнакомке: мол, так и так, влюбился без памяти, такое бывает раз в жизни, у меня серьезные намерения, хочу познакомиться с родителями! Лена поддалась моему искреннему возбуждению и неукротимому напору – она пригласила меня домой, где я уже на правах потенциального жениха трепетно и с большим чувством пообщался с ее мамой – женщиной, приятной во всех отношениях!..

На следующий день прихожу во Львовское управление, спрашиваю, проходил ли по оперативной информации такой-то дом. «Да, только не можем установить номер квартиры, контрабандисты быстро ныряют внутрь подъезда, и дальше мы их отследить не можем». И я им всё рассказал… Вот примерно таким образом мы и сумели разобраться в организации валютных операций, после чего взялись за точечные операции по перехвату отдельных партий валюты, проходивших из Одессы в Москву, а оттуда во Львов и обратно.

В один прекрасный день мы задержали весьма занятную москвичку – Антонину Васильевну Титову, 1937 года рождения. Это была незаурядная, выдающаяся в своем роде жрица любви с солидным профессиональным стажем, которая уже по возрасту перешла на «преподавательскую работу», обучая «талантливых» молодых девушек премудростям первой древнейшей профессии. Эта самая весьма характерная особа, широко известная в узких столичных кругах, оказалась крепко связанной с нашими челябинскими ребятами – вот почему мы ее и «вычислили»…

Задержание Титовой произошло накануне того, как в ее столичную квартиру должны были прибыть львовские контрабандисты, чтобы забрать очередную партию валюты. Мы пришли с обыском ровно в 5 утра, смотрим – никого нет: ни в туалете, ни на кухне, но замечаем в зале большой диван, приглядываемся – а из-за спинки виднеется огромная попа! Ну не смогла дама скрыть такое крупное женское достоинство! «Мадам, а вы не могли бы привстать…» Она вылезает, отряхивается, и тут я буквально захожусь от восторга: передо мною стоит – о, как тесен мир! – мама той самой Лены из Львова, то есть моя нареченная «теща»… А следом мы обнаружили тайник с золотом и деньгами – по тем временам страшные суммы.

Кстати, нашу группу укрепили еще несколькими ребятами из управления КГБ и прокуратуры, в том числе со мною стал работать Борис Николаевич Козиненко, который позже возглавил управление КГБ в Свердловской области. А самым важным для дела оказалось то, что после задержания во время перелета из Москвы в Челябинск Антонина Васильевна проявила похвальную инициативу и сама предложила сдать нам вражеских шпионов, тесно связанных с нею валютными операциями и, возможно, любимым делом. Тут мы, конечно, подыграли искренней патриотке: «Ну если ты нам всё расскажешь про шпионов, то, конечно, поблажка тебе гарантирована. Мы же не звери какие-то, а люди благодарные, с понятием…»

Драма была в том, что одними из конкретных каналов поступления валюты в страну являлись резиденты западных разведок. Они, естественно, использовали деньги для подкупа слабохарактерных советских граждан, занимающих какое-то интересное служебное положение. Чаще всего их жертвами становились специалисты, имеющие доступ к государственным секретам, или какие -то персоны, способные стать «агентами влияния», а иногда даже «свободно мыслящие» деятели культуры…

Западные агенты были вынуждены искать разные способы обмена валюты на рубли, чтобы рассчитываться со своими подручными. И эти самые агенты и резиденты, воспитанные в капиталистическом обществе, естественно, скупились менять те же доллары по 76 копеек за штуку в государственном банке. В результате они вышли именно на нашу «клиентуру», чтобы как можно выгоднее менять валюту на рубли, например по курсу 4,50 рубля за доллар. Таким вот тривиальным образом «враги» старались что-то подзаработать себе, поскольку перед бухгалтерией они отчитывались так, будто бы меняли валюту по официальному курсу: 76 копеек за доллар, но фактически их профит составлял порядка 500% – запредельный бизнес!

Конечно, ради такого «крутого навара» можно было бы особенно не напрягаться по поводу национальных интересов далекой капиталистической родины. Вот почему все обитающие в Москве резиденты подсели на «валютную иглу» и, по сути, постоянно рисковали подставить себя под удар во время банальной обменной сделки. Здесь-то нам и подфартило… Рано или поздно шпионы и валютчики должны были найти друг друга. Дражайшая Антонина Васильевна оказалась замечательным коммуникатором для всех действующих лиц. Она нередко вступала в «обменные процессы» с агентами вражеских разведок и рассказала, где, как и когда проходят такие сделки… Так и вышло, что мы, скромные челябинцы, опытным путем подобрались к разоблачению западной резидентуры в Москве.

Что такое разоблачить профессионального разведчика? Для этого требуются годы кропотливой работы больших «трудовых коллективов»! А тут мы чуть ли не с бухты-барахты докладываем в столицу, что готовы взять нескольких шпионов, осевших в Москве. Ну понятно, как к нам отнеслись там, наверху… На нашу записку был получен красноречивый ответ: «Вы там в своем Мухосранске с головой-то дружите? Мы сто лет разрабатываем шпионаж, а вы смеете заявлять, что готовы сейчас выложить все резидентуры…» Однако когда мы отправили собранную нами информацию с указанием конкретных явок, адресов и паролей – московские коллеги всё сверили и, наконец, поверили.

Первой нашей жертвой стал один из резидентов западной разведки мистер NN, работавший под крышей одной из западных фирм. Он как раз и дружил с Титовой, благодаря чему мы его перехватили именно в момент обмена 10 тысяч долларов. А уж потом NN сознался, что деньги предназначались для приобретения секретных материалов, поскольку наши предатели такие жадные, что просят безмерные гонорары! Он нам и сдал одного из руководителей Министерства авиационной промышленности, который продавал шпионам секретные материалы.

Таким замысловатым образом – от изучения «неорганизованной молодежи» и разработки мафиозных структур – мы сумели выйти на профессиональную систему западной резидентуры, конечной целью которой являлся развал Советского Союза, в том числе с помощью «агентуры влияния». И попутно нам тогда удалось обезглавить организованную преступную группировку в Челябинске…

Кстати, резидента мы брали примерно так, как рассказывается в детективных романах. У нас была конкретная информация в отношении нескольких шпионов, но первая валютная сделка должна была состояться с мистером NN. Из Москвы пришло задание вернуть Титову в столицу, чтобы она могла у себя в квартире принять звонок от клиента. Потом он должен был проехать мимо ее дома и зафиксировать условленный знак: если форточка закрыта, то всё нормально, если открыта – значит, грозит опасность.

Наша оперативная группа находилась в засаде в квартире Титовой, где я оказался в одной комнате с закрытой форточкой и с тремя курильщиками! На пятый день я понял, что часть своей жизни мне придется дышать через фильтр… Могу честно признаться, что никакого особого страха в засаде мы не испытывали, наверное, просто по молодости у человека еще нет ощущения, что его съедят. И между прочим, поначалу нам было довольно неприятно работать в Москве. Как правило, основные мероприятия проводились только благодаря личным договоренностям с милиционерами и прокурорами… Часто приходилось передвигаться без специального транспорта, а иногда мы даже на задержания ездили в метро, да еще и жуликов перевозили в общественном транспорте! Со временем у нас все же установились рабочие контакты со столичными коллегами, когда они поняли, что от нас тоже можно что-то получить, и стали предоставлять нам посильную помощь, мы даже стали пользоваться у них авторитетом…

✯  5  ✯

Другая любопытная история связана с одним из челябинских авторитетов – дзюдоистом Виктором Овчинниковым, при задержании которого двум его подельникам, боксеру Валерию Тюрину и борцу Юрию Сафонову, удалось скрыться в Москве. Мы начали их искать, вычислять контакты, и вскоре выяснилось, что эти два «гаврика» колесят по стране вместе с концертной труппой Аллы Пугачевой. Причем прикрывает их продюсер певицы – Олег Наумович Непомнящий, который позже взялся писать книжки о примадонне. А тогда мы быстро выяснили, где он живет, и получили информацию, что Тюрин и Сафонов остановились у него в квартире…

А ведь мог стать музыкантом...

А ведь мог стать музыкантом…

Операцию пришлось проводить в 2 часа пополуночи, когда брать санкцию на обыск было проблематично, поэтому мы рискнули разобраться на месте. Нам повезло: Юра Сафонов возвращался поздно, и его удалось задержать прямо у подъезда. Когда мы его слегка поприжали: «Где Тюрин?», он нам указал на квартиру Непомнящего. Но как туда проникнуть без санкции на обыск? Сообразили по ходу: я тихонько постучал в дверь – она открылась (видимо, ждали Юру), на пороге меня встретил кокетливый лысенький дяденька не первой молодости, но в легком халатике, весь напомаженный, с накрашенными ноготками…

Я наклонился к нему на ушко и таким доверительным шепотом спрашиваю: «Наумыч, ты один?» – «Да». – «А ты знаешь, что у тебя в квартире настоящий мафиози?» – «А что делать?» – «Давай мы его выпроводим». Наумыч меня пропустил, я прошел в дальнюю комнату, смотрю: Тюрин спит. Шепотом бужу его: «Валера, мигом вставай, одевайся!» Тот спросонья ничего не понимает, но быстро надевает штаны. Я подбадриваю: «Давай, давай, смелее, нас ждут…» Заходим в лифт… «А что, а как?» – «Арестован, батенька! Садись в машину!»

Вдохновленный удачей, я по неопытности не стал ни с кем советоваться и тут же вызвал на допрос Аллу Борисовну, мол, хочу выяснить, что за публика окружает эстрадную богиню, наше национальное достояние. Но уже через час содержательной беседы заверещали звонки из самых высоких кабинетов: «Кто ты такой, что ты себе позволяешь?» В общем, я в очередной раз получил по шапке…

✯ ✯  ✯

Таким вот образом и рушилось советское государство, когда наши известные спортсмены и артисты стали потихоньку-помаленьку приоткрывать тяжелый полог пресловутого «железного занавеса» между «Красной империей» и «свободным Западом». И ведь именно спортсмены и артисты, имеющие законную возможность выезжать за границу, фактически стали героями этого неоднозначного процесса. Конечно, параллельно с ними «трудились» и наши криминальные структуры, и вражеские разведки, и много других факторов и акторов помогли «сыграть в ящик» великому Советскому Союзу.

Мне же довелось быть непосредственным свидетелем удивительных событий, которые сегодня «вырисовываются» в логическую историческую последовательность. После того, как наша группа вышла на шпионскую сеть в Москве и мы взяли с поличным резидента западной разведки, а следом одного из руководителей Минавиапрома, мою кандидатуру включили в список на присвоение ордена Красной Звезды. Это было ровно тридцать лет назад – в 1986 году. Когда мои коллеги раскрыли мне этот секрет, я, как положено в подобных случаях, проколол дырочку в лацкане парадного кителя…

Будущий генерал с детства тянулся к эполетам и сабле. Просто на память, январь 1970

Будущий генерал
с детства тянулся
к эполетам и сабле.
январь 1970

Прошло два месяца, меня вызывает начальник управления Юрий Николаевич Соколов: «Виктор, слушай, такая ситуация: Москва подготовила слишком длинные списки, и руководство КГБ начало вычеркивать снизу всех без разбору, а по алфавиту Челябинск как раз на дне списка. Это чисто статистика… Но ты не переживай, ты же еще совсем молодой…» Да я тогда особенно и не расстроился, просто еще не понимал ценности боевого ордена. Правда, когда Соколов вызвал снова и сказал, что меня отправляют с семьей в отпуск в Ялту, тут уж я догадался, что орден – штука серьезная, хотя именно в те мои молодые годы отпуск на море казался, конечно, покруче…

И только в самой Ялте до меня, наконец, дошло, что Юрий Николаевич отдал мне собственную путевку, поскольку принимали меня аж в генеральском корпусе, где летом отдыхали самые знатные москвичи, члены семей руководящих работников. Они на меня смотрели, как на какого-то блатного, – будто бы за мною есть какая-то очень «мохнатая лапа». Ну а я был просто счастлив и беспечен, как может быть беспечен 25-летний парень, который мало того, что целый год красовался на доске почета, так еще и вырвался не просто на море, а именно в Ялту… в генеральский санаторий!

Шел второй год «перестройки», «ускорения» и «гласности»… И кто тогда мог подумать даже из самых прозорливых работников спецслужб, что мы буквально с каждым днем приближаемся к крупнейшей в ХХ веке геополитической катастрофе?..

бк

Фото из архива Виктора Кузенкова

См. НАЧАЛО Ялта вместо ордена (часть 1)

Понравился материал?
Помоги проекту «Бизнес и культура»!
Поддерживая сайт, вы помогаете нам оставаться независимыми.

Читайте нас в Telegram


Присоединяйтесь к нам в Telegram