Бизнес и Культура

Заметки тренера

бк представляет фрагменты размышлений
знаменитого тренера по дзюдо
Александра Миллера
о сущности спортивных единоборств и борьбы как таковой
во всем полифоническом звучании этого понятия…

 

Существует множество видов единоборств, и некоторые из них приобрели, так сказать, «классический» статус: греко-римская борьба, вольная борьба, тхэквондо и борьба дзюдо, основанная в 1882 году мастером Дзигоро Кано.

Греко-римская борьба – это борьба «выше пояса». Нельзя делать ни подножек, ни захватов за ноги. Вольная борьба фактически и является «вольной», в которой можно проводить захваты практически за все части тела, за что угодно – выхваты, захваты ног, перевороты любые допустимы… А тхэквондо – единоборство уже с серьезными ударами.

Дзюдо в свое время выдержало конкуренцию со школой джиу-джитсу, когда частенько устраивались матчи-встречи между представителями этих видов борьбы, которые фактически мало чем отличаются друг от друга – ну, может, за исключением ряда технических особенностей. Но все же именно дзюдо было признано впоследствии как классический, базовый вид единоборств в одежде – кимоно. Так что в очном поединке между конкурирующими школами победило дзюдо Дзигоро Кано.

С великим Ямасита

С великим Ямасита


У японцев отточенная школа, в которой все систематизировано, – и они строго следуют принятым законам и правилам. Когда в Советском Союзе начали популяризировать дзюдо, то взялись за него, так сказать, со «своим подходом». И советский стиль японского дзюдо развился под влиянием отечественных единоборств – то есть учитывались и национальные виды борьбы, но в первую очередь, конечно, самбо. И японцы довольно долго не могли приспособиться к нашей технике – они, к примеру, плохо защищались от захвата ног. И вот уже в угоду первоначальной основе дзюдо сегодня правила скорректированы так, что захват за ноги вообще неприемлем. Напротив – разрешены удушающие и болевые приемы.

Сначала мы с замиранием сердца смотрели на японских борцов, как на непревзойденных мастеров. Прошло немного времени – и уже наши лучшие атлеты стали нередко побеждать японцев, а потом для родоначальников дзюдо наступила «черная полоса» – европейские и советские борцы практически захватили ведущие роли в мировом дзюдо.

Но надо отдать японцам должное. Они находили в себе силы и мотивацию восстанавливать утраченные позиции и на отдельных чемпионатах мира и олимпиадах завоевывали если не половину, то подавляющее большинство золотых медалей! То есть показывали, что они – японцы. Правда, следом нередко опять намечался заметный спад результатов.

Драма, видимо, состояла в том, что японцы плохо приспосабливались к закономерной трансформации сущности дзюдо, которую наполнили приемы из других школ борьбы, особенно советской. Она, кстати, обогатила дзюдо незаурядными приемами именно из самбо, которые борцам Страны восходящего солнца были малопонятны и плохо давались.

Корифеи дзюдо

Корифеи дзюдо


Правда, в последнее время азиатам удалось ввести в правила отдельные положения, укрепляющие «японский стиль». Они же все время пытались как-то «вымарщивать» свои выгоды, какие-то преимущества. И все-таки чаще всего они остаются ни с чем – например, даже несмотря на то, что перед Олимпиадой в Лондоне им удалось запретить броски за ноги, в итоге японцы все равно проиграли.

В своих «запретах» и стремлениях ограничить всех и вся японцы не учитывают одну важную деталь: люди талантливые есть всегда, и обязательно какой-нибудь уникум найдется – и в одночасье победит приверженцев классической школы их же стилем. И, тем не менее, японцы во веки веков будут интересны своей школой, и по-настоящему квалифицированные и мудрые тренеры будут всегда черпать вдохновение в канонах японской школы. В то же время никакой тренер никогда не «влезет» в точное копирование «классики». Потому что оно будет означать застой, погибель тренера как специалиста и гарантированное поражение в перспективе для его воспитанников.

Нам надо было всегда учитывать индивидуальные особенности своей родной школы – этим мы японцев и «убивали». Наш первый советский олимпийский чемпион Шота Чочишвили (до 93 кг) в 1972 году в Мюнхене бросил японца через грудь. Если бы он стал с ним в классическое дзюдо бороться, то наверняка бы проиграл. А Шота просто ошарашил соперника новизной – и все!

Крутые парни

Крутые парни


Но если вспомнить, например, Владимира Невзорова, выигравшего Олимпиаду в Монреале (1976), или нашего Виталия Макарова, обладателя полного комплекта наград мировых первенств на рубеже ХХ и ХХI веков, – эти выдающиеся мастера побеждали японцев их же «оружием», то есть классическим стилем и техникой дзюдо. Это, по-моему, вдвойне ценно и почетно.

И вообще я считаю японцев лидерами мирового прогресса, потому что они умеют глубоко анализировать происходящее, учитывать тончайшие нюансы и умудряться находить и ловить «новую волну», чтобы в итоге преподнести миру очередное поколение талантливых спортсменов. И обожаю дзюдо с самого первого знакомства с этим видом борьбы. Дорого стоит то, что именно в дзюдо практически на девяносто процентов исключены подлые, нечестные приемы исключительной четкостью судейства и жесткостью канонических правил.

А как впечатляет эстетика дзюдо! Как великолепно выглядят судьи в своем строгом обличье, какие у них изысканные манеры, предельно точные жесты, четкие движения – они работают просто как швейцарские часы! В дзюдо все жестко регламентировано: поклоны, акцентированные подход и уход, четкое обозначение оценок. Все выверено, отточено. В эстетике прочих единоборств этого недостает. Например, когда смотришь на тех же судей в некоторых видах борьбы, они на фоне дзюдо нередко выглядят, как деревня разудалая. А в серьезной борьбе, как и в жизни вообще, как правило, «порядок бьет класс»…

miller-otbivka-3
По окончании института физкультуры я работал тренером в спортивном обществе «Трудовые резервы», где имел дело с пятнадцатилетними первокурсниками. Василий Киселев был моим первым мастером спорта – через четыре года плодотворной работы он стал призером Советского Союза по молодежи. Это серьезно! За такое короткое время достичь подобных результатов мало кому удавалось. Думаю, это и помешало ему добиться впоследствии высокого международного уровня. Он преодолел путь на одну из вершин на спринтерской скорости, а для включения «второй космической» и с выходом на более высокую орбиту произошел прокол.

Киселев трижды становился призером на чемпионатах СССР, два раза был пятым, что тоже высокий результат среди взрослых. Но по большому счету сказался недостаток закрепления навыков, который надо было закладывать с десятилетнего возраста – а ведь он начал заниматься дзюдо только с пятнадцати… Сыграло роль и то, что он оказался не в обществе «Динамо», где был уже собран весь цвет южноуральского дзюдо под руководством Хариса Юсупова, а «Трудовых резервах», где дзюдо еще только-только прививалось – а я, понятно, был только начинающим тренером, едва определившимся со своим профессиональным выбором. Я тоже учился и многое постигал вместе со своими учениками. Такие издержки тоже надо учитывать.

miller-otbivka-3
Было затрачено много времени и усилий, прежде чем сформировалось и сформулировалось мое тренерского кредо. Я пришел к тому, что имеет глубокий смысл настраиваться именно на большие свершения, на покорение главных спортивных олимпов. А для этого, прежде всего, надо кропотливо искать и находить юнцов, особенно одаренных в спортивном отношении.

Автограф президента

Автограф президента


Сегодня мне уже в принципе неинтересно «клепать» подряд мастеров спорта для какой-то там статистики. Надо растить великих победителей – вот что вдохновляет и придает смысл моей жизни. А такие серьезные «замашки» влекут огромную ответственность не только за психофизическое, морально-нравственное и интеллектуальное состояние ученика в период спортивной карьеры, но и вообще за всю его жизнь и судьбу. Для меня крайне важно, чтобы сильный атлет, славный мастер, оставив большой спорт, не потерял себя в «обыкновенной» повседневной, рутинной действительности…

В тренировочном процессе имеет ключевое значение умение как бы «зарядить» ученика на интенсивную подготовку к важному состязанию, в котором он смог бы в решительный миг борьбы выплеснуть всю свою мощь и одержать безусловную победу! Но не менее важно и куда более сложно суметь плавно «разрядить» победителя и от психофизического перенапряжения, и от упоения «медными трубами» и заоблачными гонорарами, что, правда, встречается нечасто, но тем более опасно…

И вот эта самая «зарядка-разрядка» кроме собственно тренировочного цикла имеет еще и более общий смысл с точки зрения судьбы человека. Суровая практика жизненной траектории свидетельствует, как велик риск для ослепительной спортивной звезды, в одночасье «обгореть» и пасть на грешную землю незаметным камешком, который уже никто не станет искать и вспоминать…

miller-otbivka-3
Моя философия зиждется на том, что надо жить как можно дольше, как бы продлить себя во времени, чтобы суметь сделать максимум возможного. И так сложилась моя судьба, что я, как правило, на один-два шага отставал от сверстников. Я во всем поздний, во всех своих желаниях и проявлениях. Даже как мужчина я познал «все вольности», когда мне было уже за двадцать, после армии. Я был умеренным во всем, и какое-то внутреннее чувство мне подсказывало: «Не сжигай себя так быстро, не увлекайся ни куревом, ни выпивкой, заложи крепкую базу. Соблюдай элементарную культуру питания, гигиену. Не порти то, что тебе дала природа – даже если это тебе отпущено сполна – будь здоровым до последней минуты».

Думаю, что сравнение тренера ни с дирижером, ни с редактором не подходит. Тренер – это, скорее, режиссер, который требует от воспитанников исполнения своих задумок и достижения поставленной цели по ясно прописанному алгоритму. И в то же время большой режиссер, видя потенциал выдающегося актера, дает ему право на импровизацию.

Политика и спорт

Политика и спорт


Советская плановая организация жизни была четко выстроена в 30-е годы: мол, всегда «готов к труду и обороне»… А о контроле за принятыми обязательствами и их выполнением тогда вообще можно было не говорить. Такие серьезные общества, как «Динамо», «Вооруженные силы», – основные поставщики в спортивные сборные команды – вообще были укреплены сильнейшими профессиональными кадрами.

Система организации физкультуры и спорта в СССР работала очень мощно и слаженно, потому что каждый ее относительно важный субъект нес партийную ответственность. Причем это распространялось вплоть до высших руководителей партии и правительства. А организацией подготовки к Олимпийским играм занимались лично секретари ЦК! И первые секретари компартий союзных республик – к примеру, Владимир Щербицкий (Украина), Эдуард Шеварднадзе (Грузия) или Гейдар Алиев (Азербайджан) – могли позвонить генсеку «дорогому Леониду Ильичу Брежневу» и посетовать: мол, нашего спортсмена обижают такие-сякие деятели или судьи… Вот до такого уровня доходило!

Кстати, тот же Щербицкий очень любил спорт, он лично знал всех украинских чемпионов мира и Олимпийских игр, может быть, потому и Украина была такой выдающейся республикой в спортивном отношении. А Грузия тогда доминировала в единоборствах, да и Азербайджан не отставал по большому счету…

С Игорем Сечиным и Владимиром Шестаковым

С Игорем Сечиным и Владимиром Шестаковым


В 1993 году, когда мы впервые поехали на европейское первенство уже не советской, а российской сборной, я понял, что развал СССР сыграл положительную роль для проявления личности на международной арене. Доступ к состязаниям европейского уровня получили талантливые спортсмены изо всех бывших союзных республик. А конкурентная особенность выстроенной у нас спортивной системы, особенно в единоборствах, заключалась в обилии самых разных школ борьбы, с «раскраской» национальных республик. Именно этот сложнейший и богатейший конгломерат способствовал формированию великих спортсменов.

Раньше говорили так: «Ставь любого из шестерки – и он станет чемпионом Европы». В советскую пору на международный турнир отбирался из условной «шестерки» только один представитель, а теперь все получили шанс. В Афинах просто все ахнули, когда приехали команды дзюдоистов Азербайджана, Украины, Грузии, России – и вместо пяти, как в прежней сборной СССР, они увезли в общей сложности 16 медалей.

miller-otbivka-3
После окончания в 1975 году института физкультуры у меня было два пути: распределиться тренером в спортивное общество «Буревестник» или в «Трудовые резервы». Но судьба отвела меня от «Буревестника» – и повела по «трудному пути»: я оказался в кабинете Адольфа Николаевича Лобанова, заместителя председателя областного совета добровольного спортивного общества «Трудовые резервы».

Это было недавно...

Это было недавно…

Он был весь такой веселый, бодрый, в ладно сидящем сером костюмчике: «Ну что, дорогой? Про твои хорошие характеристики знаем! Мы ценим достойных выпускников, и вот есть для тебя особый участок работы – среднее профессионально-техническое училище № 101, что на Троицком тракте. Там у нас два боксера работали, но не справились с трудностями, все провалили. Я тебя посылаю в училище, два года ничего не буду спрашивать, но на третий отчитаешься по полной программе. Иди и дерзай».

Так я оказался в 101-м, и первое, что бросилось в глаза: училище было построено с рядом серьезных погрешностей. В частности, в спортзале все полы сгнили, заниматься было нельзя. Естественно, пришлось наводить элементарный порядок и ремонтировать помещения. Неуютно было еще и от того, что весь этот район был какой-то полубандитский: Колупаевка, Медведевка, Полетаево, повсюду шныряла окружная шпана.

Мы довели до ума основной зал, тут же взялись за отдельный зал для борьбы. Все восстановили, отремонтировали залы, сами сделали нужные тренажеры, во дворе соорудили городок для ОФП на 50 тренировочных мест… И когда у меня появились первые спортивные успехи, заметные результаты, директором в училище назначили бывшего секретаря райкома КПСС Валентина Ивановича Якимова. Этот человек с большой буквы вселил в меня уверенность, что вместе мы построим спортивный зал-манеж размером 48х18 метров с подсобными помещениями в два этажа! Попутно, по ходу ремонтных и строительных работ, я практически получил второе высшее образование, стал почти профессиональным строителем-проектировщиком. То было непростое испытание.

Разговор о ЦОП

Разговор о ЦОП


А следом на базе нашего общежития мы создали ведомственный Центр олимпийской подготовки и даже привлекли вузовскую науку, в частности, кандидата психологических наук, профессора Олега Александровича Сиротина. С его помощью была организована комплексная научная группа, предметом деятельности которой стало планирование и управление тренировочным процессом.

Мне было хорошо понятна значимость качественного методического обеспечения. Если я видел, что какие-то конкретные результаты в тренировочном процессе можно улучшить хотя бы на 5%, то непременно включал это в «обойму» подготовки. И со временем ко мне за советом и помощью потянулись спортсмены, занимавшиеся под руководством других тренеров, – но без согласия их менторов я никого не брал, потому что заранее решил для себя: «Обидишь тренера – не сложится судьба и работа с его учеником».

miller-otbivka-3
Молодые тренеры нередко ошибаются, завидев крепко сложенного красавца, потому что с первого взгляда практически невозможно адекватно оценить силу и особенности его нервной системы, стрессоустойчивости, подвижности ума, возможной растяжки суставов… Правда, чем тренер опытнее, тем меньше ошибок при оценке потенциала спортсмена. Серьезный специалист сумеет вполне оценить главные качества атлета: умственные аналитические способности, тонкости психики, меру освоения сложных технических приемов и прочие качества, незаметные для непрофессионала. Физический потенциал вполне можно раскрыть целенаправленной работой, но без главного командного пункта – без головы, без здоровой психики – не будет ни одного борца, потому что борьба – это всегда поиск и импровизация.

Другу другу под стать

Другу другу под стать


В этом смысле приведу красноречивые примеры таких выдающихся атлетов, как Виталий Макаров и Мансур Исаев. Они оба из одной весовой категории, но абсолютно разные на татами. Исключительные достоинства Макарова – это отточенная техника, редкая пластичность, строгий академизм. Весь его богатый классический арсенал дзюдоиста был тщательно изучен соперниками, но Виталий настолько тонко комбинировал применение своих ударных приемов и настолько точно выбирал решающее мгновение атаки, что его соперники, даже хорошо представляя возможные угрозы, чаще всего валились как подкошенные, не успевая «подстелить соломки».

Внешне казалось, что Макаров был понятный, «читаемый», но в схватке он задавал сопернику такие ребусы, которые разгадать было практически невозможно. А вот Мансур Исаев – совершенно другой человек и в жизни, и в борьбе. Исаев на татами – это абсолютно спонтанная импровизация. Его «козыри» невозможно разгадать, изучить, они всегда разные и всегда совершенно неожиданные. Никто из его визави не знает, что случится в следующее мгновение. То есть соперник проводит, казалось бы, свою мощную и молниеносную атаку, но за «половину мгновения» до нее Мансур проводит собственный контрприем и повергает противника. Вообще непредсказуемость – это особенный и чрезвычайно редкий талант, тут нужно природное «кошачье» чутье и гибкость…

miller-otbivka-3
Многие тренеры делают ошибку, когда берут маленьких детей и начинают тренировать их, как взрослых, сразу пытаются давать технику и спешить со специализацией. Но в первую очередь ребенку необходима общая физическая подготовка – развитие сердечно-сосудистой системы и дыхания, что и станет фундаментальной базой здорового организма на всю жизнь. Детям предпочтительнее аэробные циклические нагрузки, которые в полной мере дают бег, плавание, лыжи, коньки, велосипед и в какой-то степени игровые виды.

Легенда на легенде

Легенда на легенде


На втором этапе подготовки маленького атлета – примерно через два года – уже можно давать акробатику для развития ловкости и координации движений, а также гимнастику для укрепления мышц, разработки связок и растяжки. Таким образом формируется «физический каркас» будущего борца. А со временем поэтапно начинается освоение специальных упражнений, подводящих собственно к настоящей борьбе: становление технических приемов, наращивание физических нагрузок, психологический тренинг и подготовка к соревновательной деятельности. И только потом наступает черед третьего этапа – совершенствование спортивного мастерства.

И у тренера тоже есть свои этапы развития, о которых долго рассказывать, но я выделю, пожалуй, главную особенность и конкурентное преимущество тренера, способного подготовить спортсмена экстра-класса, победителя состязаний мирового уровня. Основополагающее качество его наставника – стрессоустойчивость: способность на протяжении длительного тренировочного и соревновательного процесса выносить текущие и пиковые нервные и психические нагрузки.

Молодой тренер, естественно, волнуется уже во время первых официальных выступлений воспитанника, будь то первенство спортивного общества, города или области. Если тренер способен «переваривать» свои треволнения и обретает навыки владения собой в самые сложные моменты состязаний, то у него появляется шанс двигаться дальше по этой крутой профессиональной стезе. А далее он закаляется «во многих заварухах» и приходит к такому порогу, когда даже чемпионаты страны и международные турниры его по большому счету не возбуждают. Поэтому, чем опытнее тренер, тем важнее уровень соревнования, чтобы он получил сильный внутренний эмоциональный заряд, способный решительно настроить его на успех.

miller-otbivka-3
Разумеется, «элитные тренерские качества» зависят от фундаментальных основ самого человека, его уникальных личностных параметров. В соревновательной практике огромную роль играет тип нервной системы человека. Известно четыре классических типа высшей нервной деятельности, но в реальной жизни не бывает «чистых» темпераментов: холериков или сангвиников, флегматиков или меланхоликов. Как правило, имеют место «пограничные» типы, переходящие из одного состояния в другое.

Держать в кулаке

Держать в кулаке


И, безусловно, следует учитывать характер нервной системы. Сильная нервная система способна выдержать больший порог возбуждения и суметь его затормозить в нужное время, что обеспечивает высокие адаптивные возможности и устойчивость в пиковых ситуациях, а при слабой нервной системе атлет может, например, на тренировках показывать чудеса, но на соревнованиях с треском ломаться. В то же время человек со слабой системой очень подвижен и легко все усваивает. Поэтому тренеру надо искать атлета со средне-сильной нервной системой, который способен и выдерживать нагрузки, и не «перегорать».

А вообще психология подготовки спортсмена высокого уровня сильно отличается от «бытовой» психологии. Тут совсем другие технологии, которые пока не разработаны фундаментально – «спортивная психология» как наука сильно отстает, и во всей стране настоящих спортивных психологов можно пересчитать по пальцам одной руки. Так что эту роль фактически приходится выполнять тренеру, если позволяет его образование. А спортивных психологов у нас практически не готовят, вернее, готовят «сырыми». И когда такие спецы приходят в спортивную команду или в индивидуальные виды, то они, как правило, не справляются с обязанностями. Вот за них и «отдуваются» тренеры. И те из них, кому удается постичь тонкие материи спортивной психологии, становятся тренерами выдающимися. Вспомним, к примеру, Александра Гомельского или Анатолия Тарасова в игровых видах спорта; а в единоборствах я бы назвал Владлена Андреева, заслуженного тренера СССР по дзюдо.

Тренер высшей квалификации будет всегда искать возможность хотя бы на один процент улучшить качество функциональной и психологической подготовки атлета. Он будет бороться за каждое «чуть-чуть» по всем аспектам тренировочного процесса, которые, в конечном счете, и определяют результат.

Спортивная психология – трудная и кропотливая специализация, требующая глубокого погружения не только в конкретный вид спорта, но и в самого человека – для того, чтобы понять его «внутренние механизмы», адекватно оценить его потенциал и сформулировать точный алгоритм достижения результата. Естественно, это требует незаурядных способностей, огромного труда, терпения, но на такое подвижничество не хватает ни сил, ни средств…

miller-otbivka-3
А еще тренер – хочет он или нет – должен быть «деловым человеком». Например, у меня, как старшего тренера сборной области, до 80% времени уходит на то, чтобы делать чьи-то дела, которые не может сделать другой, менее опытный, менее авторитетный коллега. Скажем, гарантировать необходимое медицинское обеспечение атлету, решать его насущные бытовые или финансовые вопросы…

Искреннее тепло

Искреннее тепло


Тут, как поется в песне: «Мои года – мое богатство», все-таки опыт – дело великое. Жизнь учит «с каждой неудачи уметь взять сдачу», что помогает быть более уравновешенным и точным в своих действиях. Молодой тренер или молодой человек в любой сфере деятельности тратит в разы больше энергии для решения конкретных задач, но со временем кому-то удается обрести некую профессиональную или житейскую мудрость. Она позволяет продлить плодотворную деятельность, да и жизнь как таковую.

Я никогда не забуду слова тренера сборной СССР Владлена Андреева, которого считаю величайшим психологом и знатоком дзюдо: «Я буду учиться у шестилетнего мальчика, если он мне подскажет что-то нужное, если я в его поведении увижу что-то для себя полезное…» Ведь добиваются успеха именно те, кто учится всю жизнь, а тем, кто уверен, что они все знают и умеют, жизнь рано или поздно объяснит, что к чему.

Никогда не надо стесняться спрашивать, если чего-то не знаешь. Я, хоть и опытный тренер, только тем и занимаюсь, что ищу того, кто поможет мне узнать что-то новое о дзюдо, о спортивной психологии, о жизни вообще. Меня в очередной раз поразили японцы. В одной из японских компаний, чтобы сохранить нужного специалиста, испытывающего психологический дискомфорт при общении с коллегами, обязали прямо на вокзале петь при проходящих мимо людях. Просто стоять и петь, чтобы подавить свои человеческие тормоза…

miller-otbivka-3
Жизнь человека, как наглядно свидетельствует личный опыт, очень коротка, а спортивная жизнь – вообще мизер. Правда, если после всей человеческой жизни впереди – целая вечность, то после жизни спортивной, как правило, надо еще как-то поупираться в жизни обыденной, как-то жить дальше! И тут нередко возникают неразрешимые проблемы.

Если в выдающемся атлете внутри прочно обосновался победитель, если он сумел стать в своем виде спорта первым в мире, то это совсем не значит, что он сумеет стать первым на другом поприще. Именно это надо трезво понимать и принимать. Да, без большого «положительного эгоизма» невозможно добиться в спорте выдающихся побед, но потом непременно придется перебороть свою гордыню, чтобы заново научиться жить в ладу со своими близкими и далекими.

Григорий Великий

Григорий Великий

И выход из этого «эгоизма чемпиона» всегда очень тяжелый. Наш великий борец Григорий Веричев так из него и не вышел при переходе от социализма к рыночной экономике, в которой каждый должен научиться продавать собственный труд. Веричев, получая во время спортивной карьеры все регламентированные блага советской системы, не смог перестроиться на новый лад и продолжал считать, что ему все и всё должны. Хотя по большому счету он прав, потому что ему действительно «недодали» за его спортивные подвиги.

В нынешнее время с его результатами он был бы, по крайней мере, хорошо обеспеченным человеком. А тут он не сумел совладать с собою и своей судьбой. После спорта Гриша по-настоящему так и не вписался в новую и жестокую реальность. Притом что некоторые его коллеги по сборной СССР, значительно уступающие ему в результатах, смогли адаптировать к рынку.

И, может быть, ключевую роль в подобной драме обязан сыграть тренер, он должен «расписать алгоритм» плавного перехода из «большого эгоизма» в «большую жизнь». А в жизни, как хорошо известно, всех и каждого без исключения ждут самые серьезные разочарования и глубокие переживания, с которыми многим не суждено справиться. Впрочем, не только выдающимся атлетам, но и заурядным обывателям…

А вообще беда современной отечественной спортивной сферы заключается в отсутствии ранней диагностики, распознания особой предрасположенности человека к определенным видам физической и психологической нагрузки. Именно глубинное понимание умственной, нервной, физиологической конституции человека позволяет адекватно определять потенциальный уровень будущего атлета: – «это» тебе для здоровья, «это» – для мировых достижений, тебе – сюда, а тебе – сюда. Вот что сейчас особенно ценно в спортивной науке и практике…

miller-otbivka-3
Олимпийские игры – особые соревнования. В них таится какой-то особый дух… Я замечаю, что олимпийское ристалище по большому счету отторгает недостойных. Подлинный Олимп не нуждается в рекламе, в позерах, в обильной болтовне. При желании можно было бы назвать ряд атлетов, которые были способны стать призерами на нескольких последних Олимпиадах, но им пришлось вкусить горечь поражения после того, как они помаячили в рекламных роликах.

В истинном олимпийце не должно быть даже малейшей червоточинки, он не может допустить какой-то «ржавчины» в межличностных отношениях со своими соперниками, коллегами, тренерами, близкими людьми. Олимпийский пьедестал подвластен именно атлетам с чистой совестью, с доброй волей – это же всегда и всем видно, вот почему за них искренне болеют не только соотечественники, но и самые разные люди во всем мире. Согласно древнегреческим мифам, сами Боги «курировали» первые Олимпийские игры! А ведь в каждом мифе есть доля правды.

Все вижу!

Все вижу!


Впрочем, хорошо известны истории отдельных «великих чемпионов», которые сами себя сочли великими. Они отказывались от своих тренеров в поисках коммерческой выгоды, шли на какие-то сделки с совестью, власть и деньги имущими, но их непременно ждало глубочайшее разочарование! Высшая энергетика не могла позволить подобную нечестность.

Я мог бы назвать эти фамилии «больших спортсменов», которые, покривив душой, в одночасье получали обратный сигнал: «Больше ты никогда не будешь ни чемпионом, ни призером… Ты нагрешил». Кстати, ежегодные чемпионаты Европы или мира под эту «высшую категорию» не подходят – они немножко иные. А вот Олимпиада – особенное явление… Любому спортсмену очень сложно стать дважды олимпийским чемпионом. Человек покоряет Олимп – и потом уступает его другому. После такой вершины он просто опускается к более низкому эмоциональному порогу. Например, лично для меня, как тренера, чемпионаты страны или даже крупные международные турниры – уже не являются сильным мотивом. Но чемпионат Европы, мира, Олимпиада – максимальный порог возбуждения. И максимальная ответственность.

miller-otbivka-3
Ответственность тренера на соревнованиях не меньше, чем у самого атлета. Например, мой ученик Мансур Исаев по молодости не мог даже помыслить, как олимпийский чемпион может проиграть кому-то. Он думал, что на татами «выступает титул». Теперь Мансур сам олимпийский чемпион и уже прочувствовал, что схватку выигрывает атлет, а не его олимпийское «золото», которое лежит в своей коробочке. И, конечно, сейчас он прекрасно понимает, что именно против него выходят с особенным напором и желанием победить. Поэтому чемпиону приходится выдерживать тройную, четверную нагрузку. И это надо уметь…

Остановись мгновенье

Остановись мгновенье


Но статус чемпиона дает определенные преимущества. Например, позволяет более тщательно работать и с тренерами сборной, и с личным тренером планировать те старты, которые удобнее. Понятно, что после сильнейшего энергетического «выхлопа» на Олимпиаде требуется продуманная психологическая и физическая реабилитация.

Особенность еще и в том, что в таких больших странах, как Россия, быть чемпионом сложнее, чем в небольших странах, где нет такой конкуренции. А в отечественном дзюдо тебя не спрашивают – отдохнул ты или нет: в затылок уже дышат другие.

А вот, скажем, польский атлет Вальдемар Легень выиграл подряд две Олимпиады, между которыми он не ставил сверхзадач, но старался поддерживать высокий уровень мастерства, периодически выступая в отдельных турнирах и чемпионатах, вписывающихся в его индивидуальный план подготовки. А потом он сильно «накатил» перед стартом второй Олимпиады – и снова ее выиграл. Но Легеню, как и австрийцу Петеру Зазенбахеру, было чуть проще – в родных краях у них не было конкурентов. И они имели возможность хорошо распланировать свой спортивный календарь, чтобы достаточно реабилитироваться и нарастить силы для резкого взлета.

Как бы то ни было – всегда и за все отвечает тренер. Это фигура, которая обдувается всеми суровыми ветрами. При поражениях – первый спрос всегда с тренера, но зато после победы центром внимания всегда становится спортсмен, а тренер оказывается позади. Это – жизнь. Но быть настоящим тренером, наставником – великая честь! Думаю, вообще высшая…
 

Текст записал Михаил Шевелев

 
 
 

Понравился материал?
Помоги сайту!
Яндекс-кошелек  
Яндекс-кошелек: 41001701513390
WebMoney  
WebMoney: R182350152197
Читайте нас в Telegram


Присоединяйтесь к нам!

new-ikonka-facebook-44x44.png
new-ikonka-twitter-44x44.png
new-ikonka-youtube-44x44.png
new-ikonka-instagram-44x44.png
new-ikonka-google-plus-44x44.png
new-ikonka-vk-44x44.png