Бизнес и Культура

Жизнь жестче…

timofeev-10

Владимир Тимофеев – не только большой борец, но и просто сильный человек. А ведь не каждый мастер спорта обязательно еще и сильная личность. И не каждый мужчина, прожив довольно долгую жизнь, способен ее осмыслить, осознать, принять и быть благодарным судьбе за то, что она состоялась именно так и никак иначе…

timofeev-otbivka-1
У меня из родственников одна мама. Я вырос без отца: родители не были расписаны – я, по сути, незаконнорожденный. У меня была бабушка по матери – где-то далеко. Она давно умерла, я ездил к ней в деревню, может быть, раза два за всю жизнь. А так мы с мамой жили в Челябинске одни. Отца я совсем не помню. И с раннего детства я был вынужден доказывать свое право на жизнь, рассчитывая только на себя. Мы жили в коммунальной квартире, где в одной семье был мальчик моего возраста, с которым нередко приходилось выяснять отношения. А всего в нашем небольшом двухэтажном доме было восемь коммуналок и в каждой по нескольку семей – поэтому было перед кем доказывать свою состоятельность уже с дошкольного возраста.

Три богатыря

Три богатыря

Ну а потом настали «школьные годы чудесные…» Я учился в школе № 102 на ЧТЗ – такая вполне «конкретная» школа и район замечательный: пока доберешься от дома до школы, пара потасовок случится. А у меня ведь ни старшего брата, ни отца – и ошибок мне никто не прощал. Кстати, Гена Ившин рос примерно в таких же условиях, но, может быть, ему было на кого опереться.

Мама моя работала аппаратчицей на заводе шлифизделий. Она приехала в Челябинск издалека, из Чувашии. Как – не знаю. В пору ее молодости людей срывали с места по велению партии и правительства: коллективизация, индустриализация… Мама сюда, на Урал, и приехала по какому-то направлению. Вряд ли она покинула родных по своему желанию. Работала сначала в Курганской области, что-то мне рассказывала про село Буранное, но я смутно помню. А потом судьба занесла ее в Челябинск, на стройку, пообещали комнату в коммуналке на ЧТЗ и работу на заводе шлифизделий. Мы с мамой двадцать лет прожили в одной комнате (11 кв. м.), с моего рождения в 1958 году и до конца 70-х, а в 78-м я женился – и ушел жить к теще. Женился я рано – так получилось.

timofeev-otbivka-1
Повторюсь, что буквально с трехлетнего возраста мне надо было постоянно с кем-то выяснять отношения, каким-то образом превосходить сверстников или даже ребят постарше. И, наверное, поэтому желание бороться было естественным, причем именно бороться – бить человека по лицу я не мог, как-то рука не поднималась. И даже уже взрослым в какой-то вынужденной ситуации мне очень трудно ударить по лицу, надо как-то преодолевать себя. До сих пор. А бороться – пожалуйста.

В подростковом возрасте на меня неизгладимое впечатление произвел фильм «Мазандаранский тигр». Я его тысячу раз посмотрел. Это был культурный шок, который, возможно, на подсознательном уровне подтолкнул меня к борьбе. Да и, по большому счету, у меня не было других вариантов проявить себя. Помнится, один старший товарищ заметил: «Слушай, ты такой крупненький – тебе бороться надо». В общем, и какое-то внутреннее влечение, и мнение окружающих, да и сама по себе суровая чэтэзовская реальность привели меня в борьбу, а, скажем, не в шахматы, хотя я их любил, правда, не видел в них прикладного толка.

Первоклассник

Первоклассник

Учеба в школе складывалась непросто. В самые первые годы я учился неважно, просто не было мотивации, несмотря на мамины увещевания. Но потом я понял, что все-таки надо стараться поменьше ее огорчать. Более того, мне захотелось быть первым не только в спорте, но и в учебе. Это было классно, это было красиво. Правда, я хоть и не стал первым учеником, но старался, чтобы ко мне не было никаких вопросов по успеваемости.

А уже в борьбе, извините, я всерьез нацелился стать лучшим из лучших. Очень хотел бороться, и мне было без разницы, какой именно борьбой заниматься. Поэтому вначале записался в секцию классической борьбы – почему бы нет? И она мне пришлась по душе, показалась очень мужской, мужественной, да еще и тренер попался хороший. Я просто любовался самими борцами классического стиля – какие у них красивые мышцы, какой могучий плечевой пояс…


«Классикой» занимался на Центральном стадионе «Локомотив» в парке имени Гагарина, а пришел туда практически наугад. Это был 1970 год, мне 12 лет – хороший возраст для борьбы, да и вообще я думаю, что в это время человек начинает понимать, куда и зачем он идет. Так я оказался в спортивной секции и хорошо в нее вписался, тренировки очень нравились. Месяца через три тренер предложил мне выступить на первенстве области среди юношей. Я так загорелся, но мне не повезло – не прошел медкомиссию. Драма была в том, что в раннем детстве я переболел диатезом, который привел к серьезному осложнению: помутнела роговица левого глаза, и я практически перестал видеть этим глазом. Окулист вынес вердикт: «Все, парень, ты отзанимался, не годен». Ну и тренер развел руками: мол, раз врач сказал, что нельзя, – значит, нельзя. Всё, до свидания!


А я-то давно уже обратил внимание, что рядом со стадионом находился спортивный клуб «Динамо», у входа в который красовалась большущая картинка, где два самбиста демонстрируют бросок через грудь. И мы с ребятами из нашей секции перешептывались о том, как тренируются и чем занимаются самбисты. Сведущие пацаны авторитетно заявляли: «Туда лучше не ходить! Там и подсечки, и зацепы, болевые приемы! Там руки-ноги ломают!» И тут я подумал: раз в «классике» мне дали от ворот поворот – пойду-ка я в самбо, но только никому ничего не скажу про свой глаз. Кстати, никакого комплекса или страданий по этому поводу у меня не было ни тогда, ни сейчас – я прекрасно вижу правым глазом и всю жизнь свободно езжу за рулем…

timofeev-otbivka-1
В «Динамо» меня встретил Юрий Ефимович Попов, замечательный тренер и человек, как я сейчас понимаю. Но тогда он мне с порога заявил, что я уже не успел, набор закончился, и, провожая, добавил: «Ты парень хоть и крупный, но мешковатый все-таки. Иди, позанимайся дома – и на следующий год приходи». Ну, раз мне тренер всё так популярно объяснил, что еще «не достоин», – я отправился домой. Прихожу через год, но поздно – 15 сентября. И в этот раз попадаю на Александра Васильевича Брюханова: «Ох, я тебя не возьму – ты посмотри, сколько всего собралось – в группе человек 150! Ты опоздал, приходи через год!» Тут я взвился, объясняю, что приходил в прошлом году, мне так же сказали… Но он не слушает, отворачивается, уходит в тренерскую… а я вслед увязался. И, видно, мое упорство ему понравилось. «Ну ладно, приходи на тренировку». Так я попал к Брюханову. Это – личность, честно сказать.

В начале семидесятых в «Динамо» работало выдающееся трио тренеров – Харис Юсупов, Александр Брюханов, Юрий Попов. Они вместе сформировали победоносный коллектив, воспитали настоящих мастеров, и, самое главное, им удалось создать удивительную атмосферу, которая заражала нас мощным желанием пахать и побеждать. Этот особенный боевой дух проникал буквально с первых дней и недель занятий. Харис – он и есть Харис, основатель, основоположник, который нас мотивировал, увлекал… Его блистательные ученики – Ившин, Мосейчук, Бетанов, Шунькин, Веричев – поражали воображение! Мы с замиранием сердца слушали великого наставника и… думаю, каждый из нас, новичков, лелеял свою сокровенную мечту стать непобедимым чемпионом.

Брюханов не был таким оратором, как Юсупов, но он обладал тонким чувством юмора и еще очень любил возиться с нами, новичками. Мы постоянно играли вместе и в футбол, и в баскетбол, и, разумеется, боролись – да он и сам здорово боролся, был серебряным призером чемпионата России. А еще много в нас вложил Юрий Ефимович. Как-то так получилось, что никто из них не говорил: мол, ты не у меня занимаешься – ты ко мне не подходи. Ничего подобного я не слышал. Наоборот, всегда можно было обратиться к любому из тренеров за советом – всё объяснят, помогут.

Просто на память

Просто на память

Но Брюханов был лично моим наставником, поэтому я с ним больше всего и работал. А вообще Попов, Брюханов и Юсупов, конечно, люди абсолютно разные, но они друг друга дополняли и, главное, не делили учеников на «своих» и «чужих». Возможно, что они между собой и грызлись, но мы, пацаны, никаких ссор не видели и не подозревали, что взаимоотношения между тренерами складывались не совсем гладко. На людях никакие трения никогда не демонстрировались. Они совершенно правильно вели основную линию. И каждого из них мы уважали и любили по-своему.

Дисциплина спортивная была жесточайшая. Брюханов никогда не опаздывал на тренировки, Попов и Юсупов тоже не позволяли себе вольностей. Кстати, еще до «классики» я записался в бокс – и, может, там бы и остался, но после того, как на одну из тренировок тренер опоздал на час, а потом еще и еще… я просто перестал его уважать и бросил секцию. Поэтому в «Динамо» мне особенно нравился жесткий режим. И опоздание на тренировку могло присниться только в страшном сне. Да, случалось, что приходилось слишком долго ждать второго трамвая и даже опоздать минут на пять – но это был такой стыд! Как это возможно, что вот я сейчас зайду в зал и начну объясняться, почему опоздал… Такое было брюхановское воспитание. А нас ведь у него было немало – когда я начал заниматься, только в одной группе было около 120 человек.


В ту пору – начало семидесятых – самбистские куртки начинали появляться и у обычных учеников, но все-таки далеко не у всех – очень дорогое было удовольствие. Лично у меня куртка появилась года через полтора после начала занятий. Она стоила порядка 12-13 рублей. Помню, как Александр Васильевич мне предложил: «Есть борцовки – 7 рублей 20 копеек, ты у мамы попроси денег, потому что бороться лучше в них». Каким-то образом я вымолил эти деньги, борцовки у меня появились где-то через два года, а до этого занимался в носках. А что до курток – из чего только мы их не шили! Самодельные куртки рвались легко – их все время приходилось зашивать, ремонтировать. Швейной машинки дома не было, приходилось руками умудряться шить.

timofeev-otbivka-1
Первые соревнования… Я пришел в самбо в 1971-м и первые три года проигрывал постоянно. Правила по самбо были такими, что если по ходу соревнований терпишь два поражения, то выбываешь. Поэтому я, как правило, выбывал после двух кругов во всех турнирах. Два круга – всё, до свидания. Конечно, я переживал. Тем более что на тренировках у меня уже что-то получалось. Но выхожу на соревнования – и как будто бы меня подменяют: ноги становятся ватными, волнуюсь, трясусь, ничего не могу с собой поделать. И ведь соревновательная практика у нас была очень богатая, в ту пору проводилось много всяких квалификационных схваток, матчевых встреч. Но наконец-то настал и мой решительный час…

Победитель

Победитель

Я уже выступал и по старшим юношам, и по юниорам – и всем проигрывал. И вот однажды в очередных соревнованиях (первенство города или области) в моем весе среди юниоров победил некто Ляпкин. Я пришел на тренировку и решил про себя: если сейчас проиграю Ляпкину контрольную схватку, то сразу ухожу из самбо и вообще из борьбы. Просто потому, что я ни на что не способен… Настроился на тренировочную схватку с Ляпкиным, как будто это был мой последний бой. Действительно, он мог стать для меня последним. А Ляпкин-то ничего не подозревал – он пришел на обычную тренировку. И, скорее всего, не считал меня серьезным соперником, но я боролся, как зверь, и выиграл… Выиграл и почувствовал: что-то могу. Видимо, внутри произошел какой-то позитивный психологический сдвиг. Я ведь до этого просто не мог с собою совладать перед соревнованиями, а тут понял: надо настраиваться и побеждать… Мне тогда было 15 лет, шел 1973 год, и я копался внутри себя, разбирался, выяснял, что мне делать: быть или не быть – тренироваться или бросить бороться.

В 1974 году (мне 16 лет) в Челябинске проходили совмещенные первенства области, города и областного совета «Динамо», побеждая на которых сгребаешь все титулы разом. Я тогда выиграл, причем среди юношей старшего возраста. Особенно сложной выдалась финальная с Юрием Степанцом, который уже был призером России. И никто не сомневался, что он у меня выиграет. А я решительно вышел и победил – и понял, что чего-то уже достиг, что это очень важная победа. Кстати, поскольку в группе нас было много, Брюханов сильно не переживал, если кто-то из нас постоянно проигрывал. Но уже при первых победах юного борца он начинал относиться к нему внимательнее. Заметил и меня. И в один прекрасный день тренер обратился ко мне по фамилии – ослепительный момент! А когда он впервые назвал меня по имени – ну, это вообще… бешеная радость, гордость. Понятное дело – рос я без отца, а тут такой авторитетный взрослый человек – знаменитый тренер! – обратил внимание именно на меня! Сказочное ощущение…

timofeev-otbivka-1
Поначалу я занимался самбо и о дзюдо не думал. Видел, конечно, тренировки Геннадия Ившина, чемпиона Европы среди юношей… И вообще дзюдоисты – это было здорово, интересно. Одно кимоно чего стоило – красота! Но кимоно у меня не было, да и самбистская курточка была та еще… Но когда я стал постарше, меня стали пробовать в дзюдо. А в то время в «Динамо» самбисты и дзюдоисты тренировались вместе. И теперь я думаю, что те годы были самые лучшие в истории челябинской борьбы. Во всяком случае, тогда такое совмещение мне лично казалось абсолютно естественным, органичным. Однако на рубеже 1978-1979 годов Брюханов и Юсупов пришли к тому, что самбо и дзюдо следует разделить.

Помню, как накануне Спартакиады народов СССР по самбо в 1978-м Александр Васильевич доверительно признался мне: «Володь, выступим на Спартакиаде, а потом все вместе уходим в дзюдо…» Я так понял, что он немножко лукавил, – ну не хотел он с самбо расставаться. Но, похоже, возник у него раздрай с Харисом Михайловичем. А кончилось все тем, что Юрий Ефимович ушел в дзюдо вслед за Харисом. И гордый Брюханов, видимо, из-за конфликта с Юсуповым решил вообще не прикасаться к дзюдо. Он построил на первом этаже своих учеников и заявил: «Кто считает меня своим тренером – оставайтесь здесь, будем заниматься самбо. Кто меня тренером не считает – идите на второй этаж и делайте, что хотите».

В этой ситуации мне надо было определиться, принять решение, к какому берегу пристать. Выбор состоял даже не между тренерами, которые не нашли общего языка и пришли к разделению школы, а в том, что мне почему-то больше хотелось заниматься именно дзюдо. Я уже утвердился, что самбо – замечательный вид единоборства, достойный уважения, – но тогда меня сильнее тянуло к дзюдо. Тут много факторов влияло: и то, что это олимпийский вид спорта, и победительная личность Юсупова, и такая манящая философия, этика и эстетика японской борьбы – поклоны, чистота, терминология, звучание названий бросков, оценок, и вообще само по себе устройство борьбы, ее идеология и самурайский дух дзюдо!..

В этом смысле очень увлекательными были рассказы Хариса Михайловича. Например, об одном японском борце, который вышел на татами с переломом ноги! И как его ни увещевали доброжелатели, боявшиеся, что он станет инвалидом, японец продержался всю схватку, и хотя ее проиграл, но смог преодолеть свою слабость. Сыграло роль и то, что мои друзья тоже склонялись к дзюдо – тот же Сергей Лебедев, борьбу которого я обожал. Поэтому я честно объяснил Александру Васильевичу, что хочу заниматься дзюдо…

С Гаврильчиком и Прониным

С Гаврильчиком и Прониным

В дзюдо есть огромная притягательная сила. В свое время я много читал о борьбе – старался отследить каждую новую статью, публикацию, тем более книжку про дзюдо и самбо. В нашем кругу была популярной книжная серия «Спорт и личность». И если в ней появлялась история про какого-то борца, эту книжку я буквально зачитывал до дыр. А однажды – лет в четырнадцать – я нарвался на книжечку в мягком переплете формата А5 – «Познакомьтесь с дзюдо», где подробно рассказывалось об истории зарождения дзюдо в Японии и о том, как оно пришло в царскую Россию, и даже описывались первые успехи уже советских дзюдоистов.

Но в самом конце было написано: «Многие читатели теперь спросят – где и как можно заниматься дзюдо. Отвечаем – нигде и никак. Нет смысла заниматься этим видом спорта, если у нас есть такой прекрасный вид спорта, как самбо». Вот так – ни больше, ни меньше! Наверное, сам издатель в пику автору внес свою лепту, поскольку книга фактически пропагандировала «капиталистический вид» спорта в ущерб своему родному самбо. Но мне она сильно понравилась, я впервые узнал про Дзигоро Кано, Василия Ощепкова…


А что касается незабвенного Александра Васильевича, то он, конечно, мечтал, чтобы на протяжении всей жизни его ученики были с ним рядом, а он с ними. Однако, когда случилось разделение, многие из тех, кого он любил и ценил, ушли. И Брюханов немножко надломился, его результаты пошли на убыль. Оставшиеся ученики просто «добороли» свой срок, а вместо них уже никто не появился. Я думаю, разрыв между самбо и дзюдо произошел не сам собой, а искусственно: по живому было отрезано. Ведь и у Хариса Мунасиповича тоже каких-то новых звезд больше не появилось. По большому счету, как тренер он не реализовался в полной мере – закончил свою тренерскую карьеру на рубеже 80-90-х годов, когда ему было всего около 60 лет. Это совсем мало…

timofeev-otbivka-1
Дзюдо и самбо – контактные виды борьбы, и поэтому практически невозможно обойтись без травм. Естественно, нам и тренеры подсказывали, и сами мы понимали, что надо себя постоянно контролировать, мониторить свое состояние, чтобы вовремя уловить симптомы перетренированности. Лично меня какое-то особое звериное чутье подтолкнуло к необходимости систематической аэробной циклической нагрузки для укрепления сердца, сосудов, развития дыхательной системы, выносливости. Поэтому я старался почаще бегать трусцой по лесу, плавать при первой возможности. И еще в наше время было не принято пить воду во время тренировок или сидеть на скамеечке между упражнениями, надо было постоянно двигаться. Сейчас многое переменилось, есть мнение, что во время тренировки надобно постоянно восполнять свой водно-солевой баланс, подкармливать себя разными витаминными смесями… А у нас что-то подобное считалось признаком дурного тона. Не знаю, кто прав. Наверное, все-таки можно было и нам немного пить во время тренировки.

Передышка

Передышка

Еще одна проблема у борцов – сгонка веса. У меня был такой соблазн – перейти в более легкий вес, где могло быть больше шансов на успех, но я сразу определился: это не по мне, если ты сильный – сможешь одолеть и более тяжелого противника. Красноречивый пример – выступление Валерия Двойникова на Олимпиаде в Монреале, где он блестяще боролся в более тяжелой весовой категории, имея очевидное преимущество за счет скорости. Ну а силы ему было не занимать. Да, еще подобным примером можно считать японца Исао Инокума, который, имея вес всего в 86 кг, был чемпионом мира в абсолютной весовой категории.

Всю эту борцовскую премудрость мы старались осмысливать, пропускать через себя. И я решил, что не буду мучить себя жаждой, голодом, сгонкой веса… ведь сама по себе борьба, прежде всего, должна приносить физическое удовольствие, мышечную радость. Это такое большое счастье, когда атлет ощущает свою безмерную силу, способность выносить большие нагрузки, побеждать соперника. Такое чувство можно закрепить внутри и потом пронести в себе всю оставшуюся жизнь…


И мой первый тренер никогда не принуждал меня к сгонке веса. Но в нас жестко вбивалось понимание, что прогресс в борьбе может быть лишь тогда, когда ты тренируешься на пределе возможностей, и тогда возникает эффект суперкомпенсации в мышцах. Когда кажется, что ты сделал самое последнее усилие, – надо преодолеть себя и сделать еще одно, а лучше три… Если ты не способен на это, то просто не сможешь дальше развиваться. А если способен на сверхусилие – будешь сильнее, выносливее, быстрее, будешь побеждать! Эта мудрость основательно вбивалась нам в голову.

И я сам в процессе работы ждал предельного состояния, когда я «уже не могу», но надо добавить. Так целенаправленно тренеры вырабатывали в нас способность преодолевать себя. Иначе невозможно победить соперника, который точно такой же человек, как и ты: с двумя руками, двумя ногами, одной головой… Но за счет чего-то его надо обыграть. Поэтому часто в борьбе с равным противником бывало так, что именно на последней минуте, когда у обоих уже не остается никаких сил, ты включаешь форсаж – и противник падает. Этот самый «форсаж» и расставляет всё на свои места.

После тренировки

После тренировки

Большой спорт и строится на способности атлета к сверхусилию. Плюс еще на психологии победителя, которая культивировалась тренерами самым настойчивым образом. Челябинские борцы в принципе не допускали мысли, что есть в стране школы сильнее нашей. Мы выходили на схватку с любым соперником и сразу давали понять, кто «главный на татами». В те времена нас, челябинцев, действительно если уж не боялись, то уважали точно. Я не раз обращал внимание на реакцию ребят из других республик и областей – «если встреча с челябинцами, значит, жеребьевка плохая, не повезло…» Конечно, некоторые пытались сопротивляться и иногда даже побеждали…

Тогда, в 1970-1980-е годы, в стране сложились крепкие борцовские школы в Майкопе и Курске, традиционно сильные атлеты рождались на Кавказе. Но мы всегда выходили на татами только с одним твердым намерением – победить… И Харис Юсупов, и Юрий Попов, и Александр Брюханов нас секундировали: и всем было очевидно: они ничуть не сомневаются в нашем успехе. А Александр Васильевич вообще не считал нужным настраивать ученика на победу в отличие, например, от Юсупова или Попова, которые могли перед схваткой что-то подсказать, заострить внимание на каких-то деталях. У Брюханова все было просто, однозначно: «Тимофеев, ты в следующей схватке борешься с тем-то, ты должен выиграть у него чисто». Разворачивался – и уходил. Ну как будто я не знал до этого указания, что мне нужно выигрывать именно чисто!

timofeev-otbivka-1
Мастером спорта по дзюдо я стал после победы в турнире на приз Рихарда Зорге. Кажется, это было в 1977 году. То есть в 19 лет я впервые выполнил норматив мастера спорта. Всё произошло вполне буднично, я легко отборолся, Брюханов собрал документы, отправил их в Москву, оттуда пришло удостоверение и значок. Никаких проблем. Но меня это не особенно тронуло, я уже горел страстным желанием стать чемпионом Советского Союза, потом чемпионом Европы, ну а дальше как получится. Поэтому звание мастера спорта мне не казалось чем-то выдающимся, некоторые из наших ребят и в 16 лет становились мастерами.

Но большая спортивная карьера у меня не сложилась. Я дважды становился чемпионом России и трижды (1982, 1984, 1985 годы) бронзовым призером чемпионатов Советского Союза по дзюдо в весе до 86 кг. Мне так и не удалось ни разу выиграть схватку за выход в финал. Выиграв полуфинальную схватку – ты минимум второй. А если проигрываешь – надо как-то настраиваться на борьбу за третье место, что психологически довольно сложно. Но иногда и бронзовая медаль бывает «с золотым отливом».
timofeev-8
Ближе всего к успеху я был перед чемпионатом СССР в Кишиневе в 1982 году. Находился в отличной спортивной форме, мы хорошо поработали в паре с Гришей Веричевым, он мне кое-что важное подсказывал, настраивал на победу. И вообще у Гриши была светлая голова, когда дело касалось борьбы. Он отлично понимал суть единоборства, четко представлял себе тактику и стратегию поединка, владел богатым арсеналом технических приемов… И щедро делился со мною, тем более что мы с ним практически все время на сборах жили в одном номере. Так что перед Кишиневом я был в превосходном состоянии, звенел, что называется. Но мне уже было 24 года, и тренеры сборной решили не допускать меня, поскольку я не был международником… Однако Юсупов решил-таки привезти меня на чемпионат.

Накануне старта состоялся тренерский совет, на котором Харису разрешили меня допустить, но при условии, что если против меня будет Александр Яцкевич или Виталий Песняк – то я должен лечь. И вот я выигрываю первую схватку, а уже во второй на меня выходит Яцкевич. Я, как договорено, лег под него… Он потом подошел ко мне и признался, что ему самому было противно, но что делать?! После этой фиктивной схватки я мог рассчитывать только на бронзовую медаль, и я решил ее добыть во что бы то ни стало… И как начал метелить всех подряд! У меня была такая злость! Я буквально рвал и метал. В схватке за бронзу против меня был очень сильный майкопчанин Мерзликанов, но я так настроился… И вот спустя много лет вспоминаю ту схватку как самую лучшую в моей жизни. Так я впервые стал призером чемпионата СССР.

timofeev-otbivka-1
И еще раз об учебе в школе и вообще о значении образования. С учебой в школе у меня было вполне стабильно до восьмого класса. И все-таки порою меня доставали – то надо было металлолом собирать, то сидеть на каком-то собрании, а я всегда норовил поскорее сбежать на тренировку… Кстати, тогда я почему-то не вступил в комсомол. В конце концов, меня достали, и я ушел в экономический техникум, где учился нормально, без эксцессов.

В это же время у меня появились первые успехи по самбо – стал вторым на юношеском первенстве СССР. И тут начались сплошные сборы и соревнования… Я пропустил много занятий, и даже чуть было не расстался с техникумом, когда преподаватель Евгения Филипповна предложила мне написать заявление и вернуться в школу. Но я уперся, уговорил составить индивидуальный план подготовки – всё сдал на отлично, даже стал лучшим в своей группе и уверенно закончил техникум.

В 1976 году поступил в институт физкультуры, где тоже нормально отучился. Отличником быть не стремился – не считал, что это мне необходимо, – но учился без троек, много читал, самостоятельно изучал немецкий язык и вообще считал и считаю, что, если человек хочет чего-то добиться, он должен быть всесторонне развитым. А для меня дзюдо – как шахматы. Здесь и техника, и тактика, и психология, и физиология.

С наставником

С наставником

Я убежден: побеждать в спорте (и в жизни!) могут только интеллектуально развитые люди. Тот же памятный мой соперник – Александр Яцкевич, трехкратный чемпион Европы и бронзовый призер Московской Олимпиады, состоялся как выдающийся спортивный наставник – в 2004 году был признан лучшим тренером Европы. А еще я хорошо знаю умнейшего Володю Иваницкого, сына олимпийского чемпиона по вольной борьбе Александра Иваницкого. Сам Володя стал мастером спорта по самбо и дзюдо, окончил институт физкультуры и факультет журналистики МГУ!

И вообще, практически все ребята, которые меня окружали, были разносторонние личности – «тупых спортсменов», «панов спортсменов» не помню… Они «выпадали в осадок» еще на подступах к большому спорту.


Особенно важна внутренняя состоятельность личности, когда наступает время прощания со спортивной карьерой. К своим 29 годам я почувствовал, что мне пора. Если меня в 1982-м не хотели допускать к чемпионату страны, то в 87-м просто внаглую отцепили от Союза. И Юсупов ничего не мог сделать. Сборную СССР возглавлял Геннадий Калеткин, а сборную России – Александр Курашкин. Большим авторитетом пользовался знаменитый тренер из Курска Михаил Скрыпов. Он продвигал своего ученика Александра Сивцева, которому я мог реально помешать, поскольку был неудобным соперником. Наверное, Юсупов проиграл в подковерной борьбе наставников и функционеров. Меня отцепили – и я объявил об уходе, просто принял решение – больше не выступать на соревнованиях.


И теперь отчетливо понимаю, что правильно сделал. Уходить из большого спорта, из «большого эгоизма» надо вовремя. Вообще, особенно ценно в жизни – точно почувствовать, когда надо перестроить траекторию своей судьбы. В конце 1980-х в стране закрутилось кооперативное движение, резко оживились экономически активные люди, многие стали пробовать зарабатывать деньги. Я приглядывался к переменам, настраивался, но все-таки мне было обидно так разом расстаться с борьбой. Ведь я ее очень полюбил, начал глубоко понимать, многому научился, да и силы было достаточно. Но меня фактически отлучили от соревнований: мол, свободен, парень, как ветер в поле! А с другой стороны – да и Бог с ними, у меня уже дочь подрастала, надо было сосредоточиться на семье, на жизни как таковой.


Но, честно говоря, расставание со спортом – болезненная история. Нормальные люди примерно в одно время переживают так называемый «переходный возраст», а у спортсменов, помимо подросткового периода, есть еще один перелом сознания и физиологии – уход из спорта в реальную жизнь. А жизнь, как доподлинно известно, – жестче…

Текст: записал Михаил Шевелев
Фото: из личного архива Владимира Тимофеева

 
 
 

Понравился материал?
Помоги сайту!
Яндекс-кошелек  
Яндекс-кошелек: 41001701513390
WebMoney  
WebMoney: R182350152197
Читайте нас в Telegram


Присоединяйтесь к нам!

new-ikonka-facebook-44x44.png
new-ikonka-twitter-44x44.png
new-ikonka-youtube-44x44.png
new-ikonka-instagram-44x44.png
new-ikonka-google-plus-44x44.png
new-ikonka-vk-44x44.png